Мой член заныл в тесноте брюк. Олька дразнила, тёрлась, прижималась ко мне. Я поймал её ладонями, сжал пальцы на её попе. Она снова засмеялась и поцеловала меня. Мы слились, пытаясь одновременно, и прижаться как можно ближе и избавиться от одежды. Стул подо мной угрожающе скрипнул.

— Пойдём. — шепнул я.

— Куда?

В пустой квартире мы шептали, словно заговорщики. Я не знал куда. В свою комнату, со скрипучим продавленным диваном я её вести не хотел. Я вырос из этого места, я уже был другим.

— Со мной…

Я взял её за руку, и повёл, не зажигая свет. Она была босиком, её халат распахнулся. Моя рубашка тоже осталась на полу. Мы зашли в гостиную, там, где стоял двуспальный родительский диван. Отец уже несколько лет ночевал на кушетке, но мама всё равно не складывала их общий диван, застилая полностью.

— Ты когда-нибудь трахался тут? — робея спросила Оля.

— Нет, — также тихо ответил я, — где угодно, только не тут.

Она хихикнула.

Я почувствовал себя школьником, который привёл домой свою первую девочку, и готовится предаться с ней запретной страсти в родительской спальне. Как же я мечтал об этом, пару лет назад! Не о ком-нибудь, именно об Ольке. То, что происходило, сейчас было самым сладким реваншем в моей жизни.

Я снял с неё халат, усадил на край дивана, и бережно стащил трусики. В полумраке гостиной её кожа казалась очень светлой, почти белоснежной. На ней ярко выделялась полосочка интимной стрижки.

Она была мягкой и податливой, что только разжигала желание обладать. Я навалился сверху и резко вошёл, одним толчком. Она всхлипнула и тут же подалась мне навстречу, жадно как кошка. Я стал долбить её… резко… грубо, забыв обо всей романтике. Олечка вскрикнула и вонзила мне острые наманикюренные коготки в спину. Я взвыл и попытался поймать её за запястья.

Хрен там! Отчаянно подмахивая, Оля дралась как дикая пума. Наконец ухватив её руки, я растянул Олю на кровати. Мои бёдра вбивали её тело в диван словно молот сваю.

— А-а-ахх!!! — заорала Оля и тут же впилась мне зубами в плечо.

Её затрясло… мелко-мелко… она вся сжалась, и я понял, что она кончает. У меня же весь низ тела словно был залит свинцом, я чувствовал возбуждение и мощный стояк, но его не хватало, чтобы кончить. То ли стресс сказался, то ли коньяк, но я превратился в этакого железного дровосека с неопадающей елдой.

Второй раз Оля кончила, сидя на мне верхом. Третий, лежа на животе и приподняв вверх округлую попку. На подходе к четвёртому она изгибалась подо мной, тёрлась мне о грудь сосками и постанывала в ухо, показывая, насколько сильно меня хочет.