— Обязательно загляну поздравить.

— Что же вы… загляну? — обиженно поджала губы фельдшерица. — И не останетесь разве на торжество? — разволновалась Зинаида.

— Останусь, конечно, — заверил я докторшу, чем вызвал недовольство Клавдии Валерьяновны, которая не успела отпустить ехидную шпильку в адрес невесты.

Девушка враз успокоилась, снова кокетливо поправила локон, кивнула довольно.

— Ну, до свидания, Егор Александрович. Ждем вас с Петрушей на нашу свадьбу. В субботу, не забудьте же!

— Не забуду — заверил я.

Зиночка еще раз кивнула, процедила: «До свидания» в адрес продавщицы, развернулась и, цокая каблучками, направилась к выходу.

— Ишь ты, идет, чисто плывет, — покачала головой тетя Клава, неодобрительно глядя вслед фельдшерице. — Постой-ка, а ну-ка, стой, кому говорю! — заволновалась от чего-то продавщица. — Михална! А ну, стой, тебе говорю!

— Ну что еще, Клавдия Валерьяновна? — недовольно произнесла Зинаида, оборачиваясь на суровый призыв.

— Это чегой-то получается? Мы тут на селе без докторши осталися? Или вы тута в Жеребцове жить будете

— Вот еще, — фыркнула с нескрываемым удовольствием Зинаида. — Жена в дом к мужу уходит после свадьбы. Я к Петруше своему переезжаю. В его колхоз, у него там и ом, и хозяйство!

— А мы как? Без фельдшера-то? — растерянно переспросила несгибаемая тетя Клава, моргая густо накрашенными ресницами.

— Ну почему же, — пожала плечами Зина. — Вам нового фельдшера назначат. Приедет кто-нибудь, — легкомысленно отмахнулась девушка. — Назначен уже. Ждите!

Видно было, проблемы села Жеребцова, где фельдшерица так и не сумела отыскать мужа, волнуют ее постольку поскольку. Точнее вовсе не волнуют. До свадьбы оставалось несколько дней, девушку больше интересовало личное семейное счастье и грандиозное событие, чем вопросы сельского медицинского обслуживания.

— Чой-то деется-то, Егор Александрович, — тяжело вздохнула тетя Клава. — И как тут жить-то? Последнее отымают, — еще горше вдохнула продавщица, отчего газетный лист едва не слетел с прилавка.

— Так вы покупки-то не забудьте, Егор Александрович, — озабоченно заговорила Клавдия, моментально переключившись на меня. — А то вона чего делается-то… — покачала головой женщина, рассеянно поглядывая, как я укладывают в авоську молоко, халву, хлеб и карамельки.- И как оно теперь, Егор Александрович? — заглядывая мне в лицо, запричитала тетка Клава. — Вы уж там поговорите, с кем следует, чтобы нам значитца, прислали федьдшерицу-то… Хорошую! Лучше мужчину… — подумав немного, выдала начальница сельпо.

— Да отчего ж лучше, Клавдия Валерьяновна? — изумился я.