не привлекая излишнего внимания. Однако подобный ход Репнина только лишил Стаса возможности узнать имена прибывавших без опоздания гостей, оглашаемые чинным церемониймейстером при входе в парадную. Сейчас он думал, под каким благовидным предлогом представиться хозяйке. Причем главной проблемой было то, что он никогда ее не видел, а роскошных дам, подходящих под описание Жеребцовой, которое ему дал Щеглов, крутилось повсюду полно. Спрашивать же, которая из них мадам Жеребцова, казалось Стасу верхом глупости. К счастью, помощь пришла, откуда не ждали. – Стани-и-и! Затем последовал сильный толчок, и Стас оказался в крепких объятиях юной красавицы. Ну конечно! Какого еще приветствия ожидать от Софии? – Соня! Как же я рад тебя видеть! – Стани, милый Стани! София положила свою прелестную головку ему на грудь и крепко обняла. Стас в смущении отстранился, поразившись внешним изменениям, произошедшим с девушкой. Да она просто красавица! Вид Софии никак не вязался с тем образом девочки-дикарки, какой он увидел ее в первый раз, когда приехал в Минск. Сейчас от нее исходило явное и вполне осязаемое женское очарование. – Софи! Куда же вы пропали? – послышался рядом мелодичный женский голос. Стас обернулся и тут же опустил глаза. На него смотрела необычайно красивая молодая женщина. За тот миг, когда он еще глядел на нее, он отметил и прекрасный, но не вызывающий наряд, карие смеющиеся глаза, дивный прямой нос с легкой горбинкой, чувственные алые губы и белоснежную улыбку. – Я здесь! – рассмеялась София, поворачиваясь к незнакомке. – Так, значит, это и есть ваш брат, про которого вы мне все уши прожужжали? – Да, это Станислав. Стани, – она обратилась к Стасу, – это Ольга Александровна, хозяйка бала. – Станислав Булат. – Стас слегка поклонился в сильном смущении. Он никак не мог предположить, что эта красавица и есть та самая Жеребцова, которой, как успел ему доложить Щеглов, аж тридцать лет; к тому же у нее четверо детей за плечами, что, по разумению Щеглова, сразу же отправляло ее в разряд старух. Ничего из описания его помощника не подходило под реальный образ этой восхитительной, молодой, свежей и цветущей женщины. – Я буду называть вас, как и ваша сестрица, – Стани. Это так мило, вы не возражаете? – Почту за честь, Ольга Александровна. – О, прошу вас, зовите меня просто Ольгой. Как вы находите наш скромный праздник, Стани? – Он совершенен. Я недавно в Петербурге, не имел случая выйти в свет, так что сравнить ни с чем не могу. Однако смею вас заверить, что и сама ассамблея,