– Что-то случилось? – тут же становится серьезным отец.
– Да… Или нет. Я не знаю! Возможно, я немного сошла с ума.
– Женя, бл*дь! Ты меня в могилу свести хочешь? Что произошло? У вас все нормально?!
– Не знаю! Мне кажется, Леван… Вовсе не Леван. Я спятила, да?
Глава 18
Женя
– Это не телефонный разговор, – говорит отец после короткой паузы.
Я останавливаюсь посреди двора, сжимая поводок с такой силой, что становится больно. Аперолька тянет в сторону кустов, недовольно фыркает.
– Я тебе и не по телефону звоню, а через мессенджер. Если ты вдруг не заметил.
– Один черт, – бросает папа. – Это ни от чего не защищает. Ты уж мне поверь, ага?
Я машинально киваю. И ежусь, потому что мне вдруг становится очень холодно. Объективных причин для этого нет – весна набирает обороты. Может, она на меня и подействовала, а? С чего-то же я набросилась на Левана, как блудливая кошка!
Растерянно потерев бровь, перевожу взгляд на прилегающий к дому парк. Деревья вдоль дорожек стоят еще полупрозрачные, но с каждым днем окутывающая их зеленая дымка становится все плотней, впрочем, в свете фонарей этого не видно. Клумбы у подъездов привели в порядок. Темная рыхлая земля аккуратно разровнена, в ней стройными рядами высажены цветы – это тоже доказывает, что холода отступили.
Я делаю несколько шагов, позволяя Аперольке вести меня, куда ей вздумается. Собака радуется весне искренне и безоговорочно – нюхает землю, траву, воздух. И в этом ее простом счастье есть что-то болезненно недосягаемое.
– То есть мои страхи небеспочвенны? – уточняю я, в общем-то, понимая, что неспроста отец не хочет обсуждать этот вопрос так.
Отец не отвечает сразу. Его молчание говорит намного больше, чем любые слова.
– Я не пойму… То есть… – у меня перехватывает дыхание. – То есть ты тоже…
– Женя. Это. Не. Телефонный. Разговор.
Я сглатываю.
– Хочешь, я прямо сейчас приеду? – продолжает он. – Или до завтра подождет?
Перед глазами идут круги. Если отец тут же не сорвался с места, значит, нам с Ниной ничего не угрожает, так? Что же касается всего остального, мне, наверное, действительно лучше взять паузу. Потому как сейчас, видит бог, я навряд ли смогу оценить ситуацию трезво.
– Завтра так завтра, – выдыхаю я и обрываю связь. Несколько секунд смотрю на потухший экран, потом все же прячу телефон в карман и плетусь за нетерпеливо подпрыгивающей Аперолькой. Сердце колотится где-то в горле. Это не паранойя. Что, наверное, хорошо. Плохо, что мои догадки, скорей всего, небеспочвенны. Ведь будь это не так, отец просто бы надо мной посмеялся.
Домой возвращаюсь с другим ощущением, чем выходила. Как будто между мной и реальностью появилась тонкая, но очень прочная плёнка. Я всё вижу, всё слышу, но не пропускаю действительность внутрь себя.