Ведь Рёма и других просто тупо убили, без всяких разговоров. Арестовали и расстреляли, а кого даже арестовывать не стали, а просто дома расстреляли. Такие дела. А вот становиться эсэсовцем, как Штирлиц, он не хотел.

Мысли пошли на новый виток, вытаскивая из памяти самые разные факты, да и пиво уже закончилось, не успев толком опьянить. Сейчас бы закурить, но он не курил и поэтому вновь задумался.

А всё же это что получается⁈ Штурмовики Гитлера, а точнее Рёма, оказываются обычными наёмниками на службе определённой партии? Ведь все признаки этого налицо.

Некая организация, в данном случае НСДАП, набирает людей из всевозможных источников. В основном тех, кто не смог себя найти в этой жизни или имеющих боевой опыт, а часто и уголовный. Лучше, если это будут бузотёры или лица, не обременённые моралью и совестью. Главное, чтобы слушались и били тех, на кого укажут. За это им платят деньги из неясных источников.

Кто финансирует — неизвестно, зачем финансирует — неизвестно, какие настоящие цели этим достигает — неизвестно! Короче, уравнение с тремя неизвестными и имя ему — ЧВК. Так это тогда чисто наёмники, которые могут выступать под любым флагом и с любой целью, получается…

От этих мыслей опять страшно разболелась голова, пришлось вновь пить порошки на ночь. Да он уже от всех этих дум и протрезвел, не успев опьянеть, так что лекарства пошли легко. Перестав думать о всяком-разном, Вольфович заснул. Наутро он собрался, побрился, посмотрел на себя в зеркало и, ответив на приветствия некоторых жителей общаги, ушёл.

Сборный пункт располагался в его же районе, только в другой стороне и ближе к центру. Пешком можно дойти минут за двадцать — двадцать пять. Может, потому Меркель-Маричев и остановился в этой общаге, чтобы пешком ходить на службу, да и недорого, платил он за неё пять марок в месяц, но убого, конечно, убого…

Этим утром Шириновский чувствовал себя намного лучше и поэтому спокойно и в то же время быстро дошёл до базы берлинских штурмовиков к назначенному времени. База располагалась в здании казармы одной из расформированных кайзеровских частей и с успехом размещала в себе штурмовиков. С каждым годом их количество всё возрастало и возрастало, когда-то их станет больше, чем немецких солдат. Впрочем, эти вопросы Шириновского не волновали совсем.

— Фон Меркель? Рад тебя видеть! — увидел его начальник в звании гаупттруппфюрера. — Как себя чувствуешь? Смотрю, тебя повысили до обершарфюрера⁈ Молодец! Скоро и труппфюрером станешь! Ладно, вон твоё отделение стоит, иди к людям. Правда, их стало меньше. У Граувица закончился контракт, а Хамельдорфа убили вчера в разборках во дворе кирпичного завода. Теряем мы товарищей своих, теряем. Вот и тебя за малым не потеряли. Да, рад, что ты выжил. Хорошо, что наши немецкие врачи в состоянии поднять на ноги практически любого. Надеюсь, тебя лечил не еврей?