— Да, господин ректор.

— Я иду с ней, — без малейших сомнений встал рядом Пепел.

Лорд Фарнис не смог справиться с удивлением и слегка растерялся:

— С какой стати, Равеслаут?

— Она мой вассал.

Вот теперь растерялись уже все.

— Кадет Фаон? — озадаченно перевел тот взгляд на девушку.

— Да, господин ректор, — без колебаний подтвердила ресса. — Вассальная клятва дана и принята.

Роши поднялся рядом молча, но смотрел так, что и без слов было понятно — тоже пойдет. Если надо — пробиваясь силой.

— Ладно, кадеты, идемте. Все… трое. Господин Валент, надеюсь вы не против?

Даже если декан и был против, озвучивать это он не стал. Ситуация и без того сложилась слишком нестандартная.

Уже на выходе, в дверях, девушка тихонько шепнула Пеплу:

— Три — три. Твой раунд.

— Нет, Фаэлин Фаон, — так же тихо, но очень серьезно ответил тот. — Вот здесь мы с тобой считаться не будем — не те игры. Не тот уровень. Да и неизвестно еще, чем все закончится.

— Посмотрим, да, — отвела она глаза.

И в самом деле, радоваться пока было нечему.

Выйдя в коридор, они не сразу, но все же сообразили, куда их ведут — в зал больших приемов академии. Дари прикинул и решил, что место выбрано идеально. Гулкое и пафосное помещение, без привычной толпы народа смотревшееся каким-то неживым и слишком огромным, подавляло не на шутку. Прекрасная декорация для действа, которое должно было сейчас там развернуться.

— Держимся вместе, делаем что я скажу, — негромко, но не стесняясь идущего рядом ректора распорядился Пепел, получив в ответ два немного растерянных, но согласных кивка. И один недоумевающий взгляд — это уже от лорда Фарниса. Впрочем, комментировать или как-то вмешиваться тот не стал, лишь возле самых дверей, прежде чем открыть их и войти поинтересовался:

— Готовы, кадеты?

Пепел примерил на себя выражение лица, которое иногда видел у Ретена, увидел, как передернулся Нокс и понял — оно. В точку.

— Готовы! — После чего первым шагнул в зал, оставляя своим спутникам роль эскорта. И выстукивая каждый свой шаг костылем, словно император тростью по дворцовому паркету.

Косые солнечные лучи, бившие в окна, оказались густо подкрашены алым благодаря бархатным драпировкам вокруг высоких узких проемов. И это делало их похожими на копья. Причем копья уже побывавшие в деле, а потому щедро изгвазданные кровью. Стоявшая в противоположном конце зала группа из шести рессов выглядела в их свете одновременно и далекой и на удивление опасной. Все мужчины, все немолоды, все с ранговыми косами, оплетавшими длинные белые хвосты. И все перекинули их со спины вперед, чтобы никаких вопросов на этот счет ни у кого не осталось.