Роши особо не колебался, сразу дал слово и присел на кровать в ногах у Фэл, как бы невзначай положив пальцы ей на щиколотку. Фаэлин этого как бы не заметила. Но сделать вид, что не заметила его взгляда уже не получилось.

Пепел едва слышно хмыкнул, увидев, как она в ответ тоже невзначай косится на полуголого кадета, в удивительно естественной позе привалившегося к стене рядом. Ну да, посмотреть там было на что, это даже Дари не мог не признать — широкие плечи с рассыпавшимися по ним золотыми кудрями, выбившимся из обычно аккуратного хвостика; четко прорисованные мускулы на сильных, тренированных железом руках; плоский живот над ремнем форменных штанов — единственного, что на нем сейчас было. Кр-расавчик, демоны его задери… И разумеется об этом знает. Потому и рубашку натягивать не спешит, охотничек.

А вот Рин, кажется даже не заметившая этого представления, размышляла не меньше минуты, прежде чем согласилась:

— Ладно, обещаю молчать. Выкладывай уже.

— Угу, — согласился Пепел, — выложу. И начну я этот пасьянс с измененных.

— Что⁈ — Фэл настолько удивилась, что даже Роши перестала разглядывать.

— Во-от, — кивнул он, — ресса знает. А для остальных…

— Остальные тоже в курсе, — негромко откликнулась Рин. — С виду вроде люди, но… нелюди. Куклы.

— Для вас может и куклы, — остро глянула на нее Фаэлин. — Для нас — убийцы. Такие, что уйти без шансов.

— Ну, в общем да, — Дари не стал спорить. Ни та, ни другая ни в чем не ошиблись. — А вот насчет чего вы точно не в курсе — откуда они берутся. Так?

Возражать никто не стал и он продолжил:

— Их делают. Из рессов. Из детей. Да, это мало кто знает, точнее почти никто, но все они беловолосые. Потому, Фэл, и убийцы. У них мозги рвет, когда они своих видят — звереют и режут. Всегда. А вот делал их как раз господин Красп, коллега, так сказать, нашей Эрс. Примерно за год некой лекарственной терапии, как он сказал. Превращал людей в это… Нечеловечески проворных и безвольных тварей. И очень хотел научиться делать их не только из старой крови, а из кого угодно. Но вот с последним у него не слишком получалось, хотя материал для опытов поставляли регулярно. Из приютов по всей империи. Понемногу. Чтобы не сильно бросалось в глаза. Но результатов с того — пара месяцев агонии и гарантированный летальный исход. Вот и все, чего он добился.

— Равеслаут, — выдохнула Фэл, — а ведь ты с ним встречался, да?

И Пепел понял, что сдержать не сможет:

— Я его убил! Помог в этом Ретенауи. И спалил все бумаги с описанием его долбаных опытов! Все, до единой!

Через минуту потрясенной тишины, за которую никто не то что слова не сказал, но даже не вздохнул, он продолжил: