Когда меня привезли, он проверил мой дар. Дар у меня, конечно, есть, но слишком слабый, чтобы представлять ценность для Великого Магистра. Голубое пламя едва теплилось над шаром… — У тебя он тоже взял кровь?! — спросила Эдиан и поежилась, вспомнив, как Герберт неожиданно ткнул чем-то острым в ее ладонь, как алая капля полетела вниз и предопределила ее судьбу, взорвавшись высоким и ярким синим пламенем. — Ну да, так он, видимо, проверяет уровень магической силы, — пожала плечами Сарита. — Знаешь, я надеялась, что окажусь великой волшебницей и преуспею хотя бы в магии, раз уж судьба не дает нормальной жизни, как у всех. Но, конечно, ректор мог пожертвовать таким небольшим даром… Он честно продиагностировал проклятие и попробовал его снять. Как у всех остальных, у него не вышло. Проклятие затронуло глубинное естество нашего рода, сказал он, магия тут бессильна. Но в Академию он меня зачислил. Денег семье моей не дал, но я полная стипендиатка. Академия кормит и поит меня, дает мне кров и одежду. И учит магии. Это теперь мой дом. Эдиан вздохнула. Если уж сам Герберт не смог снять проклятие, вряд ли в этом мире есть сила, способная на это. Она могла ненавидеть его, но, несмотря на это (или благодаря этому), он казался ей почти всевластным существом. — А что ты будешь делать дальше? — спросила она у Сариты. — Ну, раз матери или великой волшебницы из меня не получится, попробую стать просто хорошим магом. Займусь наукой, буду потом преподавать в Академии, — криво улыбнулась САрита. — Я смотрю реалистично на свою жизнь. Мне нужно ее куда-то деть. Стать средненьким магом и работать в Академии — не самое худшее, что может со мной случиться. А ты?! — Сарита пристально посмотрела на Эдиан. — Совсем не хочешь учиться? — Совсем не хочу! — сказала Эдиан. Соврала, конечно… Учиться она хотела, одного урока было достаточно, чтобы ей стало очень и очень интересно. Просто она хотела, чтобы можно было учиться и не терять способность к материнству. — Вернее… Я хочу иметь детей и вернуть свое наследство сильнее, чем учиться магии, — поправила себя Эдиан. — Да? — удивилась Сарита. — Знаешь, я, наверное, так давно смирилась с тем, что не смогу иметь детей, что мне уже и не хочется. А вот за такой дар, как у тебя, я многое отдала бы. — И я отдала бы его… тебе или кому-то еще, если бы это было возможно! Но это невозможно — дар прячется в нашей крови, в наших «структурах наследства». И теперь… я не знаю, это, видимо, все, — Эдиан не сдержалась и грустно опустила взгляд. — Сегодня сила