Глава 34
Герберт помолчал несколько секунд тем своим особым молчанием, от которого Эдиан либо страшно бесилась, либо сразу успокаивалась. Сейчас было точно не до истерики. Она успокоилась. — Я не знаю, Эдиан, поступил ли я тогда правильно или нет. Поэтому никогда не просил за это прощения. Но мне жаль, что мои действия разбили твои прежние мечты, — сказал он. Эдиан выдохнула. Жаль ему… Наверняка, жаль, конечно. Как-то он говорил, что тоже хотел бы, чтобы у них были наследники. Впрочем, сейчас, когда судьба всего мира была в ее руках, этот разговор не слишком уместен. Все, что совершил Герберт в прошлом, все, что натворила она сама, было незначимым. Сейчас легко было простить и его, и себя… Она ведь тоже не ангел. Ангел принял бы свою судьбу со смирением, а она когда-то боролась до последнего, убегала, совершала глупости… Какие это все мелочи! Значимое было лишь впереди. За плотно запертыми воротами. — Знаешь, — сказала она Герберту, глядя ему в глаза. — Мне, пожалуй, достаточно этого твоего «жаль». Сейчас достаточно. Что теперь? Как мы должны показать воротам, что мы связаны энергетически, как любовники? — спросила она. — Дай мне руку, сделаю все не больно, — краем рта улыбнулся Герберт. — Видишь, там на воротах ямка с красным огоньком под ней. Не знаю точно, но думаю, мы должны смешать нашу кровь и капнуть ею туда. Если в ней есть «энергетическое единство», то ворота откроются. Если я прав, то сработает. Если не прав — будем думать дальше. — Хорошо, — Эдиан протянула ему руку ладонью вверх. Не самое страшное. Она опасалась, что полоса «препятствий» потребует от них предаться страсти прямо возле ворот. А это казалось каким-то пошлым, низким, да и не настроиться ей сейчас на романтический лад. Герберт расположил свою и ее ладонь над «ямкой», быстро сделал безболезненные надрезы, и их кровь, смешиваясь еще в воздухе, потекла в ямку. Видимо, уровень единства у них был очень высокий. Сработало сразу. Ворота взорвались россыпью голубых и золотых искр. Эдиан и Герберт инстинктивно отшатнулись. Створки ворот начали расходиться — сначала медленно, а потом открылись настежь. Герберт опять взял ее за руку, и они медленно пошли в открывшееся перед ними сияющее пространство. Царила тишина, и Эдиан казалось, что они персонажи древней легенды, сказки, одной из тех, где как раз нужно было спасать мир, не жалея своей жизни. Казалось, что она смотрит сверху, как они, маленькие, словно дети, входят в огромный волшебный подземный зал. Потолок тут сужался конусом, но пространство казалось