К вечеру третьего дня мы достигли первого городка. Он назывался Тасмар, если верить надписи на придорожном камне. Стен у него не было, один лишь земляной вал, поросший колючим кустарником. За валом — улицы, расходящиеся от центральной площади, где стоял храм с покосившимся куполом. Мы въехали осторожно, держа оружие наготове.

Городок был пуст, но не разграблен. Жители ушли организованно. В храме были аккуратно сложены связки свитков и ритуальная утварь. То, что не смогли забрать, оставили с уважением. На улицах много следов телег, однако ни одной сломанной. И никаких кровавых луж. Тасмар покинули до того, как сюда добралась орда. Я мысленно поблагодарил местного старосту или градоначальника за предусмотрительность.

На ночлег встали прямо на площади, заняв опустевшие окрестные дома. Вечер до ужина я проспал, а после еды, когда ночь уже почти наступила, занялся защитой. Здесь, в низине, от земли поднимался самый обычный туман, но демоны в нём могли подкрасться незаметно. Впрочем, эта ночь, к моему облегчению, прошла спокойно.

Четвёртый день принёс перемены в пейзаже. Поля стали меньше, многие из них были залиты водой. Впереди, на горизонте, угадывалась серебристая полоса — река Тихая. Мы приближались к ней с каждым гонгом, и местность вокруг становилась всё более обустроенной. Больше второстепенных дорог и мелких поселений. Ухоженные ограды вокруг полей. А вот следов людей заметно не было.

К полудню мы выехали к следующему городку. Мы заметили его издалека, но смогли оценить, только подъехав ближе.

Мы остановились на гребне холма, глядя вниз. Солнце стояло высоко, заливало равнину белёсым светом, и каждый камень городка был виден как на ладони. Стена — если это можно было назвать стеной — представляла собой каменный забор, сложенный из дикого камня на глиняном растворе. Скачков пять в высоту, не больше. Башен, само собой, не было. Зато имелись площадки для стрелков с внутренней стороны.

Единственные ворота были выбиты. Обе створки лежали на земле, сорванные с петель. С такого расстояния я не мог разглядеть детали, но понимал: мы опоздали.

Бойцы начали спускаться с холма, и по мере приближения городок раскрывался во всей своей мёртвой полноте. Первое, что обратило на себя внимание за воротами — тишина. Неживая. Звенящая. Тревожная. Ни шороха ветра, ни попискивания иуха.

Улица уходила вглубь городка, и мы двинулись по ней, внимательно глядя в обе стороны. Откровенно говоря, я не самый опытный следопыт. Встречаются среди наёмников и получше. Однако мелочи подмечать умею. Так что, пока ехал, восстанавливал в голове картину произошедшего.