Мы открыли заднюю стенку возка. Почти всё пространство внутри занимали наши два сундука. Массивные, обитые железными полосами.

— Давай вдвоём сначала один, потом второй, — предложил я, глядя, как самоуверенный регой пытается приподнять сундук в одиночку.

Ничему его жизнь не учит.Зато таким людям, как Ситранис, всегда интересно жить.

Поднатужившись, мы ухватились за ручки и выволокли наружу первый сундук. Он гулко стукнул о каменные плиты, но здесь на этот звук даже никто не обернулся. Следом наступила очередь второго. Когда оба сундука стояли на мостовой, я выпрямился, разминая спину, и посмотрел на Ситраниса. Тот махнул вознице, мол, давай, свободен, и тот, радостно развернувшись, выехал со двора.

Мы остались вдвоём с двумя сундуками золота. И тут я подумал, что мы два придурка, которые кое о чём не подумали.

А не подумали мы о том, как эти сундуки через весь двор тащить в здание.

Ситранис посмотрел на сундуки. Потом на меня. Потом снова на сундуки. Почесал затылок и озвучил то, о чём я думал последние несколько мгновений:

— Брат, а как мы их потащим-то? В одиночку мы по сундуку же не возьмём… А если потащим вдвоём, тогда один без присмотра останется.

Я молча указал взглядом на стражников у входа. Четверо мужиков в стальных доспехах, с копьями и мечами. Наверняка могут помочь. Ситранис проследил за моим взглядом и помотал головой:

— Царская стража? Не-не. Они и с места не сдвинутся. Только если кого-то убить надо. Или если кто-то начнёт во дворе буянить. В остальном, статуи статуями. От них ты помощи не жди.

— Понял, — хмыкнул я. — Буянить не вариант. Нас выкинут, сундуки оставят. Какие ещё предложения?

— Давай я схожу в здание и попрошу помощи! — воодушевился регой. — Там должны быть слуги, ну или ненужные чиновники какие-нибудь! Должны же они как-то принимать ценности!..

— Давай, — согласился я. — Иди. Я посторожу.

Одёрнув плащ, Ситранис подышал на ладони, пригладил волосы и уверенно зашагал к крыльцу. Сдержав усмешку, я встал над сундуками и приготовился ждать.

Ждать пришлось недолго. И сотни ударов сердца не прошло, как регой возник на крыльце в сопровождении какого-то важного на вид чиновника. «Важный» по-хозяйски оглядел двор, нашёл взглядом меня и сундуки, после чего перевёл острый взор на своих коллег. И ещё некоторое время изучал их, будто выбирая, кого не жалко озадачить.

Сперва его палец указал на молодого, скучавшего у перил. Не успел тот спрягать возникшее на лице уныние, как «важный» назначил вторую жертву. Тронул за плечо «помятого», который всё ещё общался со жрецом, и что-то, сдвинув брови, спросил. «Помятый» с видимой радостью отвлёкся от собеседника, размахивающего руками, чтобы выслушать начальство. Что-то ему разъяснив, «важный» махнул рукой в мою сторону. А старенький жрец при этом взорвался возмущением и начал махать руками ещё сильнее. Я даже побоялся, что он, с учётом небольшого роста и субтильного телосложения, вот-вот взлетит.