Ладно. В первую очередь, я забыл. Я, человек, которому не просто поведали историю его появления, но и единственный, похоже, в Вечных Песках, кто был способен понять эти объяснения.
Я пропустил момент, когда Дикий Шёпот нашёл способ переломить ход событий. И да, я не особо виню себя за это. Да и никто не смог бы меня обвинить. Вся моя вина была только в том, что я долго не прислушивался к тому, что звучит на краю сознания. Слишком расслабился.
Но именно мне пришлось исправлять оплошность. Потому что понимал, будь я внимательнее, и случившегося можно было бы избежать. С другой стороны… Если бы меня и моих людей не было в тот день на берегу Тихой, всё могло пойти по другому сценарию.
А последующее решение исправить свою невнимательность и предопределило конец. Конец всего моего большого приключения.
Нет, история ещё не закончилась, конечно. Просто с того дня, когда был прерван отдых, мой и моего отряда, свернуть с выбранного пути уже не вышло бы. Только пройти его до конца. Ну или благополучно сдохнуть.
Глава 204
Той ночью меня бесцеремонно растолкали. Я заставил себя сесть и осознать, что творится вокруг. Будивший меня Ситранис и сам выглядел не лучшим образом. Видимо, тоже только встал, перед тем как заскочить в мой шатёр. Правда, это не помешало ему спросить, встряхнув меня за плечо:
— Ишер, брат! Ты проснулся?
— Нет, ещё сплю, — предельно честно ответил я.
О причинах внезапной побудки спрашивать его не стал. И без того уже слышал звуки боя за стенками шатра, но в отдалении, куда-то к северу лагеря.
— Что там? — я резко встал, сбрасывая остатки сна.
— Говорят, гухулы пришли со стороны Танлавара! — признался регой, заканчивая с доспехом, в который начал облачаться, видимо, пока бежал ко мне. — Откуда вообще демоны на левом берегу, Ишер?
Я только рукой махнул, не до размышлений было. Влез в начинающий серебриться доспех и, быстро затянув ремни, потянулся к оружию. Топор в правую руку, щит в левую.
Я выскочил из шатра вслед за Ситранисом. Ночной ветерок ударил в лицо, освежая и разгоняя даже те крошечные остатки сна, что ещё были. По ночам уже становилось прохладно. Надо было готовиться к зиме. Всё-таки она близко.
Лагерь гудел. Вооружённые бойцы выскакивали из шатров, на ходу застёгивая доспехи. Кто-то кричал, раздавая приказы. Где-то ревели переханы, и противно визжали танаки. С северной окраины лагеря, со стороны Танлавара, слышался звон оружия и яростные вопли.
Я начал шептать ещё на бегу, хоть это и было непросто: суета, необходимость смотреть под ноги. И множество живых бойцов, бегущих туда же. Но я упрямо давил и давил своей волей. Песок в пределах моей видимости приходил в движение, вздыбливался, закручивался вихрями. А из этих вихрей формировались вооружённые фигуры. «Нашёптыши» вставали прямо из земли и начинали бежать рядом, постепенно обгоняя и вырываясь вперёд.