У южных ворот Танлавара мы увидели караван. Четыре дюжины телег, стоявших в линию вдоль стены. Кузова были гружёные: мешки с зерном, тюки со стрелами, связки длинных древков для копий. Словом, всё, что я просил. Возниц на телегах не было — только несколько стражников вдоль всей колонны. Ну и одинокий чиновник в сером халате, который стоял рядом с передней телегой, нервно теребя край рукава.

Я придержал перехана и подъехал к нему:

— Это припасы для нашего отряда? От регоя Иритиса?

Чиновник вздрогнул от моего голоса. Однако быстро взял себя в руки и затараторил:

— Да-да, именно так! А вы, надо полагать, воевода Ишер? Прошу подтвердить… — он протянул мне пергамент и ткнул пальцем в нижнюю часть листа. — Вот здесь, пожалуйста, вашу печать…

Я пробежал глазами документ. Стандартная приёмка: перечень грузов, количество, состояние. Внизу — место для печати. Я достал свою, наёмника из Гильдии Илоса, с номером триста пятнадцать. Чиновник подал мне коробочку с чернилами. Я приложил печать и подул, чтобы быстрее застыло. В ответ рисунок мигнул, показывая, что печать была настоящей. Чиновник, спрятав за пазуху пергамент, облегчённо выдохнул:

— Отлично. Припасы ваши. Удачи вам. Хорошего пути! — и так быстро рванул к городу, будто был риск, что мы его заберём с собой.

Усмехнувшись, я развернул перехана к колонне. После чего махнул рукой, приказывая своим продолжать движение. Телеги с припасами влились в наш обоз. Колонна двинулась дальше на юг.

Путь предстоял неблизкий, а времени в обрез. Я знал, что если мы не успеем, все наши предыдущие победы потеряют смысл. Но мой отряд и без того обычно не опаздывал. И на этот раз мы тоже придём вовремя. Надеюсь.

Дорога на юг, ведущая вдоль реки, была накатанной и утоптанной. Судя по всему, буквально тысячами ног, колёс и копыт. Широкая, но извилистая, она петляла между полями и рощицами. Я ехал во главе колонны и смотрел по сторонам, впитывая пейзаж Междуречья.

Эта земля была другой. Не такой, как Приречье с его бескрайними полями и лесополосами. Здесь каждый клочок земли был поделён, учтён, посчитан и огорожен. И все эти маленькие поля, окружённые изгородями, сменяли друг друга, как часто нарезанные лоскутки.

На одних зеленели озимые, на других желтели остатки убранного урожая. Вдоль дорог, и не только нашей, но и прочих, мелькавших по пути, росли ровные ряды деревьев. Иногда попадались целые рощицы правильной формы. Явно не дикие, а посаженные чьей-то заботливой рукой много десятков лет назад.

Кое-где над полями возвышались крупные постройки вроде усадеб. Каменные дома в два-три этажа с хозяйственными пристройками. В общем, до крайности ухоженный край. Даже в сравнении с очень благополучным ещё недавно Приречьем. Что уж говорить об Илосе и остальных землях далеко к западу.