— Но что?
— Ее нигде нет.
Слова прозвучали тихо, однако ударили сильнее любого крика. Кристофер медленно провел ладонью по лицу, пытаясь заставить себя думать спокойно. Поника никогда никому не помогала, особенно сейчас от нее не будет никакого смысла.
— Ты звонила ей?
— Много раз?
— Родителям?
— Нет, у меня нет их номера.
— Про друзей даже спрашивать не буду, явно у них у нее мало.
Валери кивнула, Крис прошел в глубь комнаты и отвернулся к окну. Серое зимнее небо давило не меньше, чем слова Валери.
Мелоди не исчезла бы без предупреждения.
Она могла обижаться, злиться, избегать разговоров, но никогда не заставила бы людей переживать просто так, после первого раза. Если она не отвечала уже столько часов, значит, на это была причина.
— Кто ее видел последним?
— Сет сказал, что видел ее возле стола с напитками. После этого никто ничего не знает.
Крис повернулся к Валери, и заметил, как она колебалась, но под его пристальным взглядом, сдалась.
— Венди ведь была там, я ее несколько раз видела.
При упоминании Венди Крис невольно напрягся. Он достаточно хорошо ее знал, чтобы отмахнуться от этого имени, как от случайной детали. Перед глазами сразу всплыл их последний разговор, ее натянутая улыбка, за которой скрывалась обида, и тот взгляд, который он заметил еще тогда, когда окончательно дал понять, что между ними все кончено. Венди умела притворяться спокойной, умела делать вид, что приняла чужой выбор, но Крис никогда не видел, чтобы она действительно отпускала людей, особенно если считала, что ее несправедливо лиши того, что принадлежало ей. Именно поэтому внутри неприятно проснулась тревога, однако он заставил себя не делать поспешных выводов.
Одного присутствия Венди на вечеринке было недостаточно, чтобы обвинять ее в исчезновении Мелоди, даже если какая-то часть его сознания уже начала складывать эти события в одну пугающую картину.
— Я найду ее, — тихо пообещал Крис.
— А если с ней что-то случилось?
От этого вопроса внутри болезненно сжалось все, что он так старательно держал под контролем. Кристофер отвел взгляд, пытаясь не позволить воображению дорисовать картины, которые уже начали возникать в голове. Он не знал, где находится Мелоди, не знал, что произошло после того, как она исчезла с вечеринки, но именно поэтому не имел права сейчас поддаваться страху. Пока ее не нашли, пока никто не сказал обратного, он обязан был верить, что еще не поздно все исправить и что Мелоди все еще ждет, чтобы ее нашли.
— Тогда я найду того, кто это сделал, — ответил он и впервые за весь разговор посмотрел Валери прямо в глаза. — Но сначала найду ее.