Она перестала писать еще месяц назад. Кристофер молчал, ведь сам не понимал, что происходит с сестрой. Мелоди оставалось только гадать, почему лучшая подруга внезапно исчезла из ее жизни.

— У подруг, наверно, — неуверенно ответил Крис, боясь задеть чувства Мелоди.

— У подруг? — Резко повернулась к нему, удивленно переспросила она.

— Хантер мне ничего не рассказывала, — тихо сказал он и, дождавшись, когда Дэн отвернется и зайдет в дом, подошел ближе. Легким движением убрал прядь волос с ее лица. — Тебе она тоже ничего не писала? — Руки в карманах горели от желания притянуть ее к себе за талию.

Мелоди явно не ожидала такого жеста и на миг растерялась. Два года она убеждала себя, что Крис для нее — только друг и ничего больше. Но все рушилось каждый раз, когда он смотрел на нее так внимательно, словно пытался заглянуть в душу. Может, она просто все неверно истолковала?

— Она перестала писать примерно через месяц, — наконец выдавила Мэл. — Я вообще не знаю, что у нее происходит. Иногда кажется, что Хантер больше и не считает меня подругой.

— Не думай так, — Крис сжал оголенное плечо, мысленно приказывая им держаться на безопасном месте, а не опускаться ниже на талию. — Думаю, вечером она вернется и зайдет к тебе.

— Крис, мы с ней так и не общались все это время. Она отвечала так холодно, будто я ей надоела. Порой мне казалось, что я сделала что-то не так.

Не дожидаясь ответа, она мягко освободилась из его рук, и направилась в дом, где приятно дышалось прохладным воздухом. Кондиционер работал на полную мощность, и Мэл мысленно благодарила брата за то, что он не выключил его. На улице к полудню стояла знойная жара: солнце жгло беспощадно, что казалось, еще немного и земля начнет плавиться.

— И как часто у тебя тут были вечеринки? — в кухне ее встретил шутливый голос мамы. Женщина говорила без упрека.

— Мам, мне некогда было, я сутками пропадал на работе.

— Думаешь, мы не знаем, чем обычно занимаются дети в твоем возрасте?

— А чем вы с папой занимались? — Мелоди улыбнулась и облокотилась о большой белый остров, занимавший центр просторной кухни.

Их был дом словно из телепередачи о дорогой недвижимости. Просторный, залитый светом, он сочетал в себе строгие линии и уютные детали. Много мебели было из темного дерева, которое красиво контрастировала с белым стенами и светлым полом. В гостиной ярким акцентом выделялся желтый диван — гордость родителей, хотя Мелоди с Дэном неоднократно пытались уговорить купить новый. «Он имеет особую ценность», — всегда отвечали родители. Так диван и остался центром семейных вечеров. Кузня, с желтой техникой и мягким светом над рабочей поверхностью, всегда была любимым местом Мелоди. Здесь была особая атмосфера, особенно, когда отец готовил ужин, наполняя дом ароматами специй.