Дела пошли настолько плохо, что бесконечно враждующие маги (те, кто остался жив) бросили дрязги и объединились, чтобы попытаться справиться с напастью. У них получилось как-то купировать прорывы и залатать Кромку, но плохо. И маги стали думать, что делать дальше. Было ясно — новые проколы приведут к повторению банкета, а становиться едой никому не хотелось. Ведь как ни запрещай ковырять Кромку, как ни контролируй — все равно рано или поздно найдется кретин, верящий в себя и не видящий преград. И все начнется заново. Тогда маги вышли из положения дешево и сердито: просто ушли в другой мир, забрав с собой семьи и всех своих подмастерьев, мало-мальски умеющих в магию.

Скатертью дорога, как по мне, но маги не могли не подкозлить и напоследок! Причем из самых благих побуждений: не бросать же свой прежний дом на произвол судьбы. Вот и сплели огромное Проклятье-Благословение — сложнейшее заклинание, наложившее неснимаемые чары на весь мир. Заклинание превращало детей с латентными магическими способностями в защитников человечества, одновременно сковывая их возможности, чтобы они ни в коем случае не устроили собственную войнушку. При том заклятье налагало на этих детей множество ограничений другого рода — гиасов. Гиасы менялись от ребенка к ребенку, точного списка их никто не знал, но имелись и общие места: например, всем без исключения детям-волшебникам Проклятье запрещало жить с родителями и даже поддерживать с ними плотный контакт.

Кроме того, мало кто из юных волшебников мог даже ночевать под крышей, в обычных домах (Убежища, как я понял, являлись исключением). Сотовые телефоны и любые устройства связи тоже могли использовать немногие — у большинства они в руках просто исчезали. Последнее, кстати, мне особенно интересно. Как это средневековые маги сумели предсказать появление мобильников, да еще и запрет на них наложить — и зачем? Ведь насколько легче было бы координировать отражение атак чудовищ!

Замечу также, что Проклятье отнюдь не препятствовало детям-волшебникам вершить добро и справедливость по их понятиям — пока оно действительно выглядело для них самих (и для Проклятья) как добро и справедливость. Например, укокошить зарвавшегося барончика, который трясет со своих крестьян слишком много налогов или затевает войны с соседями — да запросто! Пристыдить жадных приморских купцов, которые превращают соседний остров в свою колонию, и заставить справедливо платить за товары и труд? Проклятье не против! Уничтожить главу токсичной секты, приносящей людей в жертву? Только в путь!