чтобы оказаться у кромки воды раньше, чем Болли. Он догонял — баф берсерка все же перекрывал мою десятку Подвижности, но и расстояние между мной и берегом все сокращалось… Пора! Я резко свернул влево и тут же кувырнулся вперед, пропуская над собой стальную смерть. И сразу, не оборачиваясь, запрыгал по камням через волны и вязкий мокрый песок. Болли с ревом устремился за мной — но теперь догнать меня стало куда сложнее. — Остановись! — буйствовал со скалы Орм. — Дерись как мужчина, склаф!!! И не подумаю. Кое-как пропрыгав два десятка метров, я рискнул на мгновение оглянуться. Да! Мой план работал! Абилка берсерка добавляла Болли скорости, но не делала тяжелого и неуклюжего великана ловчее. Я скакал с камня на камень, а он пер напролом через воду и песок, спотыкаясь и осыпая меня проклятиями. Кровотечение из бока остановилось, и шкала здоровья перестала таять, замерев на половине — теперь время работало на меня. А у Болли его почти не осталось. Я оторвался еще на несколько шагов и развернулся к нему, сжимая «Ведьму» обеими руками. Бег спас мне жизнь, но победу могло принести только оружие. Мне придется встретить своего врага здесь, среди острых камней и водяных брызг. — Иди сюда, — позвал я. — Иди сюда, Болли, сын Ульфрика, и я убью тебя. Может, берсерк и не отличался умом и сообразительностью, но трусом точно не был. Он лишь на мгновение замер, а потом снова двинулся вперед через волны, медленно поднимая топоры. Баф закончился, и теперь я стал быстрее. Намного быстрее и выносливее. От размашистого движения я без труда ушел, перескочив на соседний камень. Болли рубанул вторым топором и едва не свалился — но я уже был сбоку от него, примериваясь перед ударом. Он успел только повернуть голову — «Ведьма» взвыла и впилась прямо в могучее, но беззащитное плечо берсерка. — Йотуново отродье! — прохрипел Болли. — Ты не уйдешь отсюда. Нет, мой не умный не друг. Я-то как раз уйду. А ты нет. Теперь, мокрый и окровавленный, он больше не казался страшным. Лицо берсерка побледнело, а под глазами появились огромные синяки, словно все силы разом решили покинуть его огромное тело. Я стоял выше, на камнях, а ему приходилось ковылять по щиколотку в воде. Холод и откат боевого транса высасывали из Болли остатки запаса выносливости. Он еще пытался сражаться, но я без труда уворачивался от смертоносных топоров, а сам раскручивал «Ведьму» за самый конец длинной рукояти, раз за разом вливая урон. Понемногу — но с безопасного расстояния. Честно говоря, я не особо рассчитывал победить