Глава 31
— Проклятье, — простонал Ингвар. — Верно говорят — некоторых людей Двуединый выковал из стали. — Это ты здесь, колдун⁈ — рявкнул Рерик. — Зря я не слушал добрых советов и взял тебя на корабль — лучше бы мне было подарить тебя Ньерду. — Может, и так. — Ингвар явно осмелел, но на всякий случай отступил от края ямы на шаг. — Тебя-то он выплюнул. Ничего себе дед! Не представляю, как он умудрился выплыть, да еще и в тяжеленной броне. Впрочем, сейчас на нем остались только подштанники — если не считать густых серых волос, покрывавших широкую грудь, плечи и могучие ручищи. Целый свитер себе отрастил… — Он нас всех… выплюнул, — заметил я. — Видимо, богам мы еще нужны здесь. — Ты?.. — Рерик чуть прищурился и задрал косматую голову вверх. — Всеотец лишил меня разума, или ты тот самый склаф с секирой, из-за которого я едва не отправился на дно? — Мое имя Антор, — ответил я. — И это ты напал на наш корабль. — Я знаю все паруса, под которыми ходят люди Серого Медведя. — Рерик немыслимым образом изогнулся, уперся лопатками в стену ямы и поднялся на ноги. — И под этими парусами у меня нет друзей. — Ты слишком много болтаешь для того, у кого связаны руки! — Айна встала со мной рядом. — Сами боги на стороне конунга Бьерна Серого Медведя. — Девчонка? Я не ослышался? — усмехнулся Рерик. — Да еще и в кольчуге? Хороши же воины старого конунга, если за них сражаются женщины. — На корабле мы справились и без женщин. — Я подошел к самому краю ямы и присел на корточки. — Я сам убил троих твоих людей, а может, и больше. — Славная была драка. — Рерик тряхнул головой. — Но теперь богам угодно, чтобы в твоих руках оружие, а мои связаны за спиной. Давай, склаф, пора закончить наш бой. Негоже заставлять Всеотца ждать. Смелый, зараза. Рерик неведомо сколько плыл в холодной воде, а потом чуть ли не сутки просидел в яме почти голым, без еды и питья — и все же ему хватало сил встать и поднять голову, чтобы встретить свою смерть так, как подобает воину. — Я не сражаюсь с безоружными, сэконунг. — Я уперся рукоятью секиры в землю. — Не мне лишать тебя жизни, если сами боги решили иначе. И не мне тебя судить. — Уж не думаешь ли ты отвести меня к самому Серому Медведю? — Рерик оскалился, обнажая два ряда не по возрасту крепких и белых зубов. — Он прикажет повесить меня, как было со всеми, кто поднял меч против него и имел несчастье попасться живым. Лучше уж смерть. А если ты не хочешь убивать безоружного — можешь развязать мне руки и дать секиру вроде твоей — на этом и закончим. Это что, еще один