— К-контракт?.. — просипела Лили.

Ох дерьмо. Ну разумеется. Контракт между кодексом и хозяином, их нерушимая болевая связь. Я остановился у лестницы, глядя в спину Шварцфельда, уводившего Лили наверх к залитому светом выходу.

Он станет её первым хозяином. Тем, кто свяжет с ней свою силу и кому она доверит свою жизнь.

В памяти всплыл громадный шрам на её спине, и я замер, глядя им вслед.

Этот шрам оставит его рука. Это ОН ударит её в спину, навсегда оставив рану в её душе.

— Ублюдок, — шепнул я и хотел было последовать за ними, но услышал сзади настороженные голоса монахов. Пришлось прислушаться, чтобы различить их разговор.

— Какой ужас…

— Выносите тела через потайной вход, — распорядился первый. — Сколько из них выжило?

— Двое. Первую вы видели, а вторая совсем слаба, но сердце ещё бьётся. Остальные…

Повисла секундная тишина.

— Понятно, — глухо ответил первый. — Значит, двое из пятидесяти. Брат Густав передал, что во второй группе выжили всего трое.

— Во имя небес, их так мало…

— Ничего, даже с такими потерями к концу месяца наберётся с полсотни, брат Гримальдус. Этого достаточно.

Остальное я уже не слышал. Сжав кулаки, быстро поднялся наверх, старательно гоня из головы мысли.

Пятьдесят выживших станут кодексами. Это означало лишь то, что таких, как Лили, были сотни, тысячи. И почти все они, скорее всего, погибли.

Шварцфельд не стал тянуть с контрактом. Едва они поднялись на солнечный свет, как он велел слуге принести гримуар. Тот самый, в котором монах писал её кровью. Книжица из телячьей кожи выглядела совсем новой, не считая желтоватых, грубо обрезанных страниц.

Положив на неё руку, Шварцфельд зачитал знакомые мне слова клятвы и, надрезав палец, прижал его к потрескавшимся губам Лили.

В отличие от нашего контракта, не было ни жуткого светопреставления, ни бьющего в небо столба света, ни ураганного ветра, сметающего деревья и скот.

Лишь золотистая аура альвы окутала мага и Лиливайсс, разрастаясь на весь двор. Вспыхнув, как солнце, ослепительным золотым светом, она растаяла без следа. Но я видел, как между ними осталось едва уловимое свечение, как тонкие нити, связавшие двоих навсегда.

— Теперь ты мой кодекс, Джоанна, — с удовлетворением произнёс он. — Тебе нужно как следует отдохнуть, впереди много тренировок.

— Я хочу встретиться с сестрой, — упрямо возразила она. — Ты обещал.

Он посмотрел на худющую, слабую девчонку, едва стоявшую на ногах, и тяжело вздохнул.

— Фрею перевели в другой приют, в западной провинции, подальше от линии фронта. Монстры наступают, не сегодня-завтра и нам придётся покинуть этот город. Мы уезжаем завтра, а через четыре дня будем в Хальгелоте. Там ты и встретишься с сестрой. А пока отдыхай и восстанавливай силы. Это мой приказ, как твоего хозяина.