Я старался не отвлекаться на спецэффекты и продолжал:

— Четырьмя стихиями скрепляю,

Силой предков заклинаю:

Стань не просто вещью, а знаком судьбы,

Артефактом могучим, щитом от беды!

Я сглотнул, потому что в горле пересохло и мы разомкнули руки.

Ветер тут же стих, словно его выключили. Звон посуды прекратился. Дубинка всё так же неподвижно лежала на столе, ничуть не изменившись внешне.

А, нет! Не совсем.

Меловой круг с символами стихий слабо мерцал синеватыми искрами. Точно такие же колдовские огоньки бегали по телу ясеневого деда, словно впитываясь в поры дерева. С каждой секундой они становились всё тусклее, пока не погасли окончательно, оставив нас в привычной кухонной тишине.

Я помассировал ноющие кисти рук. Благодаря участию Василисы в ритуале боль была не такой сильной, как обычно, но не сказать, чтобы совсем исчезла.

— Ну что, — залихватски произнесла Василиса и решительно схватила дубинку со стола. — Айда во двор, проверять, что у нас тут получилось!

— Давай хотя бы в Навь перейдём, — попытался урезонить её я. — Не приведи судьба, кто из соседей увидит или попадёт под горячую руку.

— Ну, ладно, — она театрально закатила глаза, всем своим видом показывая, как якобы тяжело ей бороться с желанием побегать по ночному Колдухину с волшебной дубиной наперевес и снести парочку фонарных столбов.

Но мы оба прекрасно знали, что всё же в действительности Василиса — закоренелый законник и сторонник порядка. А её весёлое, если не сказать шальное, настроение объяснялось банальным выбросом адреналина и радостью от успешного создания рабочего артефакта.

Вообще, насчёт законности, это был тот ещё вопрос. Инквизиция категорически запрещала несанкционированное производство артефактов, и мы под этот запрет тоже подпадали. Мы, конечно, оправдывали себя тем, что нам «очень надо для дела». Но если так разобраться, кому в этом мире «не надо»? Бездонный кошелёк, неразменный рубль, который возвращается к владельцу после оплаты, скатерть-самобранка или хотя бы банальная волшебная метла, чтобы сама по выходным полы мела, пригодились бы каждому. Так что нарушали мы осознанно, чего уж там.

Я достал из ящика пару респираторов (мы уже успели распихать с десяток запасных комплектов по всем машинам, в Кубе и здесь, дома), открыл портал, и мы шагнули в хмарь Нави. Вышли мы в районе реки.

Для начала решили проведать Руслана. Оказалось, он так и задремал прямо возле детской кроватки, которую купил и собрал заранее. Заметив нас, он приоткрыл один глаз, сонно улыбнулся и, зверски зевая, доложил, что детёныш спит. А затем с надеждой поинтересовался, принесли ли мы топливо для генератора.