— Ты думаешь? — сказала Маша и тоже стала пристально вглядываться в пространство, отделяющее нас от двери.

Но кроме поднятых мной в воздух перьев, пока что ничего подозрительного видно не было.

— Мне кажется, или над дверью металлическая рамка, которые обычно нам добавляют процентов? — сказала вдруг Маша.

— Иногда добавляют, а иногда отнимают, — сказал я, — похоже, что так и есть, и в этот раз без вариантов. Другого выхода я не вижу.

— Интересно, они хотят у нас убавить, или наоборот? — задумалась Маша.

— Доберёмся, увидим, — сказал я, — чего сейчас гадать? Ведь выбора всё равно никакого нет.

— Как будем идти? Напролом? — спросила Маша.

— Слушай! Ты с твоим теперешним уровнем магии, ты можешь двигать предметы? Удар твой я видел, а если медленно? — спросил я.

— Не знаю, нужно проверить, а что? — спросила Маша.

— Мне интересно, сможешь ты идти, и сдвигать веред нами всю эту дрянь как трактор ковшом? — спросил я, и, видя её нерешительность, добавил, — мана с меня!

— Да это понятно, — отмахнулась Маша, — так-то в этом ничего сложного быть не должно… хотя я ни разу не пробовала именно так действовать. Но вот насколько меня хватит, не знаю. Просто один удар, один импульс, это разовый выброс энергии. А здесь нужно длительное приложение усилий.

— Ну, ты попробуй, а мы посмотрим, — сказал я.

Маша кивнула, засунула клюшку за ремень, как она периодически делала, постояла некоторое время, сосредотачиваясь и свесив руки вдоль тела. Потом согнула их в локтях, выставив ладонями вперёд, и медленно пошла за белую линию.

В принципе у неё получалось, только вот разгребала мусор она перед нами всего в метре. Я рассчитывал на немного большую дистанцию. Но и это было неплохо. Оберегало нас от возможности, наступить на что-то спрятанное в этих перьях.

Силовое поле, создаваемое Машей, было очень чётко видно в этом мусоре. Она сделала его с острым носом, и, двигаясь вперёд, разваливала мусор на две стороны от себя. Шла как ледокол, оставляя за собой чистый фарватер.

— Круто! — не удержался и сказал я, топая за Машей. Я шёл следом, шаг в шаг, занеся над головой свою клюшку для гольфа. На всякий случай.

— Самой нравится! — удовлетворённо отозвалась она.

Мы держали курс прямо к двери, не маневрировали, ничего не обходили, а может быть, и зря. У нас на пути оказалась одна из самых больших куч этого перьевого мусора, и мы, не останавливаясь, врубились в неё, потревожив того, кто в ней прятался.

Эта тварь, видимо, находилась в состоянии спячки, поэтому и не подавала никаких признаков своего присутствия, пока мы в неё не врезались Машиным «силовым ледоколом».