Рядом с этой самодельной стеной, сбоку была дверь, на небольшом крылечке. Видимо, служебный проход, оставшийся со старых времён. И эта дверь была открыта. Судя по всему, нам нужно было туда… только вот сделать это было не так-то просто.

Метров за двести до конца тоннеля, его поперёк пересекала грязно-белая линия. И она отделяла «безопасную зону», в которой мы сейчас находились, от другой.

Что это была за другая зона, сразу было не понять. Опасная или нет, но за белой чертой тоннель отличался от того, что было до неё. Сразу за этой линией начинались какие-то холмы, до метра высотой. И выглядели они, на мой взгляд, тревожно. Как будто барханы на асфальте.

Но самое странное было то, что мы не могли никак понять, из чего они состоят.

Некоторое время мы стояли перед линией и смотрели на отделяющее нас от двери пространство.

— Думаешь, ловушка? — повернувшись ко мне, спросила Маша, после длительного молчания.

— Уверен! — сказал я, — либо ловушка, либо что-то такое, что должно осложнить нам жизнь. Но совершенно ясно, что это место здесь не просто так. Мы же в игре, идём из локации в локацию, и вряд ли они от скуки тут провели черту и чего-то навалили.

Мы до сих пор были облеплены грязью с головы до ног. Да и куда ей было с нас деться, не испарится же она? Времени прошло мало, так что она ещё даже не начала подсыхать. Я провёл ребром ладони по своей одежде, собирая как можно больше грязи в руку. Когда набралось достаточно, я размахнулся и бросил этот сгусток в ближайший «бархан».

Мягкий, почти жидкий комок грязи плюхнулся на кучу, подняв в воздух целое облако какой-то ерунды. Это были и перья, и пыль, и какая-то мелкая и летучая фигня, происхождение которой и понять было трудно.

— Это ещё что! — удивилась Маша.

— Смешно! — сказал я.

— Что смешного? — удивлённо посмотрела на меня Маша.

— Мы все в жидкой грязи, когда мы будем идти через это поле, то вся эта хренотень будет взлетать в воздух из-под наших ног, как бы аккуратно мы ни ступали. И представь, на что мы в итоге будем похожи?

— Вот ведь больные ублюдки! — возмутилась Маша, — они что, специально всё это так устроили?

— Я не могу даже придумать ситуацию, в которой всё это произошло бы случайно. Маша, конечно, это специально. Такой вот у них больной юмор, видимо, — сказал я, — наверное, они считают, что это весело.

— Ну, может быть, людям, действительно, нравится, — сказала Маша.

— Да плевать на них, меня тревожит другое, — сказал я.

— Что? — Маша сразу заинтересовалась.

— Единственная ли это сложность, — сказал я, продолжая оглядывать эти кучи летучего мусора, стараясь уловить какое-нибудь движение, — то, что нас облепит перьями, на это плевать. Мы и так как из задницы вылезли. Подумаешь, перья! Меня волнует, не затаился ли здесь кто-то ещё. Потому что просто мусор, это как-то несерьёзно.