Получив неожиданный толчок, тварь завизжала как резаная и бросилась наутёк. Носясь с диким визгом, она поднимала в воздух целые облака перьев и мусора, так что буквально через несколько секунд видимость упала до нескольких метров.

К визгу этой твари присоединился визг ещё одной, потом ещё, потом ещё… в общем, их тут было полно, как оказалось.

— Клюшку к бою и ходу к двери! — заорал я Маше, стараясь перекрыть многоголосый визг.

— Без расчистки? — ошалело повернулась она ко мне, совершенно обескураженная начавшимся хаосом.

— К чёрту расчистку! Бежим! Мы не знаем, насколько они опасны! — проорал я, обходя Машу и теперь собой начав прокладывать путь в этом летающем мусоре.

Эти твари были высотой мне где-то до пояса, бегали быстро, чем-то отдалённо напоминали страусов — своей манерой движения и сложением. И перья тут были, естественно, от них. Эти существа были как перьевая фабрика!

А ещё у них были довольно большие головы, относительно остального тела, с широкими зубастыми ртами. И они звонко лязгали челюстями в перерывах между визгом.

Одна из этих тварей вдруг появилась из перьевого тумана. Она неслась как сумасшедшая прямо на нас. Не знаю, что она планировала сделать, но получив клюшкой снизу по голове, она заткнулась и сделала полный оборот в воздухе, шлёпнулась в ближайшую кучу перьев, подняв очередное облако мусора.

Эти пташки производили впечатление совершенно безумных, но отнюдь не безопасных. Особенно если собьются в стаю. Что, вскоре, и начало происходить. Когда первая волна паники у них сошла на нет, они от визгов перешли как противным скрипучим перекрикиваниям, общаясь таким образом. Как будто пытались понять, из-за чего весь этот сыр-бор. И, судя по их голосам, вскоре поняли. Мерзкое «кудахтанье» стало концентрироваться вокруг нас, постепенно приближаясь.

Мы, конечно, времени тоже старались не терять и преодолели к этому моменту две трети пути. Мы двигались почти наугад, стараясь не дышать, потому что перья норовили набиться в рот, в нос и везде куда возможно. А эти существа, чувствовали себя в этом перьевом тумане как рыбы в воде. Для них это была естественная среда обитания, и они безошибочно определяли в ней наше местоположение.

— Теперь ты первая! — я подтолкнул Машу, занимая позицию сзади. Именно оттуда пёрла основная масса тварей.

Маша не стала спорить, но когда пробегала мимо меня, я заметил, что клюшка у неё в руках.

В следующий миг дикий вопль, не предвещающий ничего хорошего, прорезал пространство, и мы увидели летящую на нас сквозь облако перьев одну из «птиц».