Паренек вернулся, сгибаясь под тяжестью бочонка емкостью в пару ведер. Тетка притащила медные блюда. На каждом лежала лепешка раза в три толще обычного лаваша. К блюду прилагались острый нож и двузубая вилка на длинной ручке.
Зашипело пиво, наполняя кружки. Берсерк плюхнул на Санькино блюдо длинный шмат, вырезанный из кабаньей спины.
Некоторое время все молча работали челюстями и булькали пивом. Вопреки ожиданию Санька, мясо оказалось далеко не таким жестким, как у того кабанчика, которого они ели с Алёной. Перекусили. Причем Берсерк, несмотря на только что сточенную рульку, слопал раза в два больше, чем Санёк и Гастингс на пару. Притом что Санёк был реально голоден, а мастер знаний кушал очень хорошо. Как и положено человеку его роста и комплекции.
В общем, остались от кабанчика только косточки.
— Завтра пойду в Игру. — Глаза Берсерка затуманились. — В Игру…
— Опять загубишь новичков, — пробасил Гастингс.
— Помалкивай! — Мечтательное добродушие вмиг сменилось угрозой.
Дмитрий Гастингс Лысцов хотел что-то возразить, но не рискнул. Он был сильным и храбрым, но… Выступить против Берсерка — всё равно что с ножом на танк броситься.
— Малыш, а что там у вас было? — лениво поинтересовался Берсерк. — Вывернулся Хитрец или загрызли его мои волчата?
— Почему — ваши? — спросил Санёк.
— Говори мне «ты», я разрешаю, а мои, потому что тоже берсерки. Когда я был еще на втором, у меня была дружина из таких. Будь я с ними, шкурки Хронира и его бойцов уже сушились бы на солнце!
— Я думаю, хватило бы тебя одного, без дружины, — сказал Санёк.
— Так и есть! — самодовольно заявил Берсерк. — Воин Силы — это, малыш, это… Даже бывший Воин Силы, — уточнил он с грустью. И вдруг оживился: — А пойдем со мной, малыш! Завтра. Волки Одина! Отличный тьюториал! Увидишь, как бьются мои волчата! Хрогнир вывернулся, но Тормунда-ярла они уж точно выпотрошат!
— Я уже видел, спасибо, — ответил Санёк.
— Тебе не понравилось? Да каждый из них стоит полдюжины хирдманов! Особенно старшие. Пошли, малыш! Не бойся, я тебя в обиду не дам.
— Да я и сам как-то… справляюсь.
— Так и есть, малыш. Я ж не хотел тебя обидеть. Ты химера, и я химера. Мы ж как братья… — Берсерк облапил Санька, притянул к себе… где-то на уровне подмышки. Вырваться — ни малейшей возможности. Спасибо хоть сразу отпустил.
— Хочешь глянуть, каким я был раньше?
Не дожидаясь ответа, полез в карман штанов, извлек пару фотографий, обычных, цветных, изрядно помятых:
— Вот таким я пришел в Игру.
Санёк очень удивился. На фото был обычный парень. Здоровенный, конечно, но ничего общего с нынешним Берсерком.