— Любка! — крикнул Санёк вниз. — Как ты там?
Ноль реакции.
— Любка, не стреляй, это я! — Санёк сунул ПМ в кобуру, ухватил «калаш» и кое-как сполз по лестнице на чердак.
Это была нелучшая идея. Чердак мог быть занят Черноухими, но Санёк как-то об этом не подумал.
Повезло. Любка сумела удержать позицию. Вот только…
— Любка, ты что? Что с тобой?
Никакой реакции. Лежит безвольная, как тряпичная кукла. Но — живая. Жилка бьется. Ранена? Блин! Не видно ни хрена, а фонарик включать нельзя. Увидят, и мало ли…
О, ноктовизор!
Санёк глянул через прицел и сразу обнаружил рану. Вернее, сначала он увидел жгут, перетянувший бедро, а простреленную ногу — уже потом. Кровь сочилась, но умеренно. Всё же молодец, девушка! Сумела жгут наложить, иначе — всё.
Санёк достал у нее из разгрузки медпакет. Перевязал потуже прямо поверх штанов, не забывая прислушиваться. Больше его так по-глупому не вырубят. Остатком бинта замотал собственное запястье.
Прислушиваться было легко: стрельба прекратилась. Внизу, в зале — никакого шевеления.
Вот только сил совсем не осталось…
«Ну я мудель!» — обозвал он себя. Как его только в политех приняли? Есть же стимулятор!
После укола стало существенно легче. Даже тупая боль в голове успокоилась.
Взбодренный, Санёк поднялся на крышу. С предельной осторожностью изучил двор. Сначала — через «ночник», потом через тепловизор. Мертвых во дворе было много. Часть уже подостыла, а вот живых не наблюдалось. На крышах — тоже. Санёк рискнул встать во весь рост… И никто не выстрелил.
Что ж, пора спускаться.
Любку пока лучше не трогать, решил он. На чердаке, в углу, ее и заметишь не сразу.
Так, а как спуститься вниз, интересно? Лестнице настал кирдык уже после взрыва первой гранаты, и это отчетливо видно в ноктовизор. Вообще же в зале — настоящая бойня. Не хотелось представлять, каково это выглядит при свете дня. Вчерашних впечатлений — за глаза и за уши. Так, не отвлекаться. Спуск… Можно просто спрыгнуть. Метра три с половиной. В хорошей форме и налегке — вообще не проблема, но нынче и с оружием?.. Веревка! У Черноухого должна быть веревка…
«Что-то я туплю, — думал Санёк, привязывая трофей к балке. — Видать, неслабо мне Черноухий по мозгам приложил».
В голове было легко и пусто. Как после похмелья.
Спустился.
Не успел встать на ноги, как раздался выстрел. Пуля взвизгнула в сантиметре от щеки. Санёк моментально рухнул на чьи-то останки, глянул через тепловизор…
Ствол револьвера, из которого был сделан выстрел, светился белым. Но сам револьвер лежал уже отдельно от хозяина. Выпал из ослабшей руки. Скис Черноухий недобиток.