— Что ты наделал, Эрех! Теперь вы все погибнете из-за меня! — прокричал Варнек, хромая.

— Заткнись! Ты был прав, во всем! — Эрех вдруг улыбнулся. — Мы все всего лишь мертвецы, но сейчас, я как никогда чувствую себя свободным! — раб слегка рассмеялся, продолжая тащить Варнека. — Позволь и нам умереть свободными! — произнес он с явным облегчением и удовольствием.

На арену были стянуты многочисленные силы, среди которых были воины с первого по пятнадцатый круг и большое количество пустышек. Погибли муликанцы, граждане империи пали от рук своих рабов и подобное должно было караться самым жестоким способом. Место битвы рушилось на глазах, утопая в огне илуния, ракет и выстрелов из илганов. Грохот орудий разрывал воздух шквальным огнем, осыпая высокие статуи и стены арены. Случайный выстрел угодил на пути Варнека и Эреха, подняв фонтан земли и разбросав парочку в разные стороны.

Гладиаторы бились храбро, забирая трех или четырех мастеров своего круга, но на место одного убитого приходило еще десять, и вскоре численный перевес стал слишком очевиден. Чемпион дома-соперника сокрушал своих врагов одного за другим, окропляя и без того мокрый от крови песок. Пули малокалиберных илганов разноцветными огненно-дымчатыми облачками барабанили по его броне, надеясь пробить прочную броню мастера в бесполезных попытках. Воин схватил одного из муликанцев, напитал энергией и швырнул со всей силы в стрелков. Яркий розовый взрыв поднялся сферическим вихрем на другой стороне, уничтожив с десяток автоматчиков. Круг сопротивления продолжал сужаться, гладиаторов становилось все меньше, и все больше они прижимались друг к другу, отступая к центру руин, оставшихся от арены.

Высокая, похожая на зазубренный клык стена обрушилась со скрипом ее стальных балок, и из-под обломков вынырнули два дредмеха, поливая мятежников пулеметными очередями. Чемпион дома Сабил почувствовал неистовую мощь, приближающуюся к ним, и гневно закричал на Закерру и остальных.

— Будьте вы прокляты! Все вы! — мастер пятнадцатого круга разлетелся кровавым ошметками и кляксами крови в ту же секунду, как с его губ сорвалось последнее обвинение.

На его место опустился муликанец шестнадцатого круга, призванный, дабы усмирить непокорных. Из сотен гладиаторов осталось несколько десятков, они были измотаны, ранены и смотрели глазами загнанного зверя. Тысячи врагов окружили их, наставив оружие. Пальцы замерли на курках, готовые в любой момент исполнить карательный приказ.

Муликанец шестнадцатого круга вышел вперед армии, преисполненный презрением и жаждой убийства.