Марека подняло в воздух, протащило через полсклада и впечатало спиной в каменную кладку с глухим тяжёлым звуком, от которого из стены посыпалась крошка. Капитан сполз по ней вниз, всё ещё сжимая меч побелевшими пальцами, но ноги его уже не держали, и он остался сидеть у стены, хватая ртом воздух, которого в отбитых лёгких явно не хватало.

Я ударил в ту же секунду, пока Туров ещё стоял развернувшись к Мареку, с открытым левым боком и опущенной после удара рукой. Клинок летел в цель, и до рёбер Турова оставалось не больше ладони, когда его рука неожиданно метнулась навстречу и голая ладонь сомкнулась на лезвии.

Сталь скрежетнула по камню. Пальцы Турова в момент захвата покрылись серыми каменными пластинами, превратив кисть в тиски, из которых клинок не вырвешь и двумя руками. Я дёрнул меч на себя, но тот не сдвинулся ни на миллиметр.

Туров посмотрел на меня поверх зажатого клинка и усмехнулся.

— Хороший удар, Морн. Был бы я помоложе и порангом пониже, может, ты и дотянулся бы. Но ты немного не в той…

Он не договорил, потому что с дальней стороны склада, оттуда, где Злата упала после моего толчка, ударил звук, от которого заложило уши.

Это было что-то среднее между взрывом и обвалом, с шипением и треском, от которого по складу прокатилась волна жара. С потолка посыпалась штукатурка, а одна из несущих балок над дальней частью склада переломилась с протяжным стоном и потянула за собой вторую. Вся правая сторона крыши просела и пошла вниз, медленно, почти величаво, а потом рухнула разом, поднимая облако оранжевой пыли, сквозь которую пробивалось багровое свечение.

Оранжевые ручейки ползли по обломкам, стекали между камнями, и я не сразу понял, что это лава, потому что мозг отказывался совмещать раскалённую породу с дощатым складом в центре Сечи. Но жар доставал даже сюда, до середины помещения, заставляя воздух дрожать и плыть, и сомнений не осталось.

Туров разжал пальцы на моём мече и повернулся к завалу. На его лице я впервые за весь разговор увидел настоящую растерянность, не спрятанную за каменной маской. Впрочем, прятать её было не от кого, потому что все в складе смотрели в ту же сторону, и у каждого на лице читался один и тот же вопрос.

Какого чёрта сейчас произошло?

Ответ дал лекарь. Он выбрался из своего угла, бледный, с трясущимися руками, и заговорил торопливо, захлёбываясь словами:

— Шост… Я видел, он подошёл к девчонке, она лежала на полу после того, как вы её толкнули, а он ударил лавой, прямо в упор… Она достала что-то, какую-то вещь, артефакт, наверное, я не разглядел толком, потому что сразу вспыхнуло, оранжевое с белым, а потом рвануло так, что балки пошли, и лава потекла прямо по ним обоим, и всё посыпалось сверху…