Мы со старшим сели назад, он — напротив сына или кем там ему приходится Артур. Как только тронулись, старший обратился к Артуру:

— Ты, баран, не знаешь, а я справки навел и знаю, что у Павла спортивная секция. Его друзья — приличные молодые люди, не шушера какая. В школе на хорошем счету. Не пьют, не курят, не ведут преступную деятельность. Если бы ты проверил информацию, то так не встрял бы.

— Зачем Инне врать? — вскинулся Артур и тут же потух.

— Вот это мы сейчас и узнаем. И ты не будешь думать, что на бедную девочку наговаривают.

Артур злился, негодовал, отказываясь верить, что Инна его так подставила. Он сидел, съежившись, напрягшись, вроде бы неподвижно, но на его лице отображалась такая буря эмоций, что аж мне передавалось.

— Ты знаешь, куда ехать? — обратился ко мне старший. — Где живет эта… Инна.

— Конечно.

— Откуда⁈ — снова взвился Артур.

— Оттуда, что это сэло, — ответил старший. — Все друг друга знают!

Помолчав немного, старший спросил у меня:

— Скажешь, куда сворачивать?

— Конечно.

Я искоса поглядывал на него. Он шевелил бровями, его ноздри раздувались — тоже нервничал, хотя, казалось бы, все почти решилось. А вот с Артура уверенность облетала. Раньше я думал, что припечатаю его к стенке и выбью признание, а потом нахлобучу. Теперь же парня было искренне жаль. Он и правда верил, что я — исчадие ада, искренне боролся со злом.

Что Инна ему наговорила? Скорее всего, что я устроил травлю, запретил одноклассникам с ней общаться. Из-за меня она в другую школу перешла, бедолага.

Теперь хотелось врезать — Инне. За то, что чуть жизнь парню не сломала. Чем она думала вообще? Это ж какой конченной стервой надо быть! Кто бы мог подумать на такую трепетную лань⁈ До сих пор верить не хочется.

Бить ее я, конечно, не стану. Просто посмотрю ей в глаза. И Артур пусть посмотрит. Если в ней осталось что-то человеческое, она от стыда сдохнет.

— Нам вон туда. — Я указал на поворот в Николаевку, старший повернул, а я поинтересовался: — Напомните, пожалуйста, свое имя. Наверное, вы говорили его, но оно вылетело из головы.

— Говорил… Не говорил я. Совсем ум за разум зашел из-за этого болвана. Это ж надо! Меня зовут Гамлет Рубенович.

— Очень приятно, — сказал я. — Спасибо, что подошли к вопросу серьезно

Рубенович… Значит, Рубен — родной брат Сарика, а это — его племянник.

Мы проехали еще немного, повернули, где я сказал. Остановились возле дома, где жила Инна. Уже стемнело, было семь вечера. Вероятнее всего, девушка уже дома…

— Давайте подумаем, что делать, — предложил я. — Инна живет со старенькой бабушкой, и у нее маленький брат. Если ввалимся и начнем устраивать разборки, то напугаем их.