— Здрасьте, — проговорил я, не переступая порога. — Мне нужна ваша помощь, очень срочно. Точнее, Наташка, ну, сестра, попала в беду, и только вы в силах помочь.

— Что случилось? — строгим тоном и совершенно без эмоций спросила Анна.

— Она на улице ждет, у нее с отцом конфликт, боится заходить.

— Рома сегодня вышел в море на рыбалку, — все так же безразлично проговорила Лялина. — Его не будет. Зови Наташу сюда.

И все-таки что-то в ее тоне изменилось… или мне показалась эта холодная ирония? Догадалась, что за рыбалка и охота у мужа по выходным?

Через минуту, оставив мопед в коридоре возле двери, мы сидели за столом у окна. Наташка — зажавшись и зыркая по сторонам, как дикий зверек. Лялина — как обычно холодная и равнодушная ко всему.

Теперь уже равнодушно, факт за фактом Наташка излагала суть проблемы. Лялина слушала, прихлебывая чай и заедая сушками, задавала наводящие вопросы. Никаких новых деталей не всплыло. Когда Наташка закончила, я предложил:

— Анна, можно сделать так. Вы звоните участковому и просите его пойти проверить подозрительную квартиру. Хозяин уехал на похороны матери, попросил коллегу присмотреть за квартирой. В день его отъезда в квартиру ввалились неизвестные, которые ничего не стали объяснять. Девочка в отчаянье. Кто девочка? Его коллега по работе, ей в радость пожить в пустой квартире, когда в нашей двушке поселился еще и отчим, и нас двое.

Анна потерла лоб, размышляя.

— Адрес какой?

Наташка сказала, Лялина опять задумалась, положив руки на живот.

— Ясно. Там Мамчур участковый, я его хорошо знаю. Но вы должны понимать, что этот захват необязательно преступный. Возможно, у этих людей есть право на квартиру.

Наташка закусила губу, но смолчала, не стала дерзить. Лялина поднялась.

— Идемте к телефонной будке. Попробую договориться. Может, повезет, и застану его хоть где-нибудь.

Только она шагнул к двери, как она открылась и заглянула Лика, широко распахнула глаза.

— Привет, сестра! — вскинул руку я.

— Привет, — буркнула Наташка и отвернулась.

Лика сделала вид, будто ее нет, сместилась ко мне. Меня она давно записала в друзья, а Наташку не простила за травлю, которую та ей устроила в сентябре.

В коридоре трое карапузов облепили мой мопед и уже уда-то потащили. Увидев меня, бросили его и помчались врассыпную. Такие маленькие, а уже воровайки. Чуть меня не пришибив, распахнулась обшарпанная дверь, и из комнаты прямо мне под ноги выпал пьяный дед в растянутых портках.

Из захламленной комнаты донесся встревоженный женский крик:

— Же-эня, Же-эня!

Лика, которая увязалась за нами, переступила через деда и просветила меня: