Я отдал ему ключ от машины, говоря:

— Да какая ясность? Воскресенье же. Никто к телефону не подходит. А домашнего номера директора нет, я с ним одним из первых разговаривал, не догадался взять. Наверное, он уже забыл про нас, думал, что мы ему наобещали с три короба и пропали.

— Так и солярка может не понадобиться? — задал резонный вопрос Каналья. — Вдруг нас пошлют на том заводе? А ты деньги вложишь.

Когда о таком рассуждал Василий, в его голосе звучала паника. Каналья же спрашивал с интересом, пытаясь рассмотреть ситуацию с разных сторон. Позавтракав, он обошел машину, отмечая, что резина лысая.

— Деньги ненадолго заморожу — и все, — ответил я. — Тем более солярку мне продали по старой цене. По идее, она уже должна подорожать. Солярка нужна всем. Завирюхин откажется — кто-то другой купит. Но мне кажется, ему деваться некуда, у него куча товара зависла. Часть возьмет топливом, часть — деньгами.

— Ясно. — Алексей крутнул связку ключей на пальце. — Погнали?

— Твои — сто пятьдесят баксов, — напомнил я.

Каналья, который уже развернулся к машине, готовый лезть в кабину, сдал назад, посмотрел на меня, как на умалишенного, и спросил:

— Зачем ты это делаешь? Мог бы нанять водилу за двадцатку, а ты мне сотку, по сути, даришь. Нафига?

Мне просто хотелось ему помочь. Хотелось иметь полноправного партнера, а не зависимого человека, лишенного инициативы.

— Потому что я тебе доверяю. Только тебе, — честно ответил я, глядя в его глаза.

В кабине Каналья огляделся, почесал шевелюру.

— Странно. Ни одной голой бабы.

— Так и у тебя в гараже нет их, — улыбнулся я.

Заревел мотор, Каналье пришлось повышать голос, чтобы перекрыть шум:

— Олег приносил. Космонавт космонавтом, а сиськи любит. Но не прижились, с собой забрал, когда я его уволил. — Он на секунду задумался и расхохотался. — Не сиськи прижились — плакаты.

Боря оценил бы шутку и покатился бы со смеху. Я прежний, наверное, тоже.

Я повторил адрес, и мы поехали за соляркой, а по дороге я взахлеб рассказывал про свой будущий дом, и у Алексея тоже начинали гореть глаза.

* * *

В прошлый раз мы с отчимом, разместив бочки на пленке, солярку просто слили. Теперь же нам предстояло разгрузить машину, и мне было интересно, какое решение найдет Каналья, но главное, как потом бочки по двести литров он затащит назад. Мне виделась картина типа «Бурлаков на Волге»: деревянные лаги, тросы. Мы стоим в кузове и тихонько сгружаем бочку за бочкой на тросах по лагам.

На перелив солярки насосом у Рината снова ушел час. Уехали мы в начале седьмого. К семи были в гараже, где нас ждал помолодевший отъевшийся Алишер. Разгружали машину так, как я и полагал: с помощью досок и тросов, узбек здорово помог, хотя и сами справились бы.