Глава 26 Кинет — не кинет
Пятьдесят долларов в месяц — такую сумму мне озвучил Роман Бигос, капустин сын, исполняющий обязанности директора рынка. Причем он полностью брал под опеку мой павильон: и с ментами решит, и с горадминистрацией, и с санэпидемстанцией, пожарными и прочими кровососами, которые приходят не проконтролировать, чтобы было, как положено, а поживиться.
По нынешнему курсу пятьдесят баксов это примерно семьдесят пять тысяч рублей. Полторы зарплаты взрослого человека. Много, очень много.
Но это если посмотреть с одной стороны. С другой стороны, мы ментам и так платим две тысячи в день, а дней в месяце тридцать, иного шестьдесят тысяч. Получается, что с Бигосом работать выгоднее. Если он не кинет, конечно, как собирался сделать поначалу.
Но теперь, когда Бигос убедился, что я вроде как свой — это раз, и мой бизнес приносит деньги — два, не должен кинуть. Но на всякий случай я договорился платить за место не сразу, а два раза в месяц уже после того, как заработаю: две недели поработал — заплатил, поработал — заплатил.
В воскресенье утром мы с ним ходили делать замеры и освобождать место под контейнер от бабок с семечками. Уже вечером мы с Канальей на его мотоцикле мчали из автомастерской в частный сектор Заводского района домой к мужику, который торгует контейнерами. Его дом находился чуть ближе того места, где мы покупали солярку у водителя тепловоза.
Опять пришлось Каналью дергать, потому что каждый норовит нагреть глупого подростка, который приехал хотеть странного.
Дома тут были только с одной стороны разбитой грунтовки, другой стороной она огибала склон горы. Нужное нам место было видно издалека. Ржавые поставленные друг на друга контейнеры выглядывали из-за каменного забора, толпились напротив ворот. Казалось, ржавчиной тянет аж сюда.
Грузовики, разворачивавшиеся тут довольно часто, раздолбали колею, и нам пришлось метров тридцать до ворот пройти пешком. Каналья постучал в синие ворота, в них образовалось окошко, и оттуда проговорили:
— О, Лёха! Артур не соврал, ты пришел-таки. Ну, добро пожаловать.
Одна створка приоткрылась с ржавым скрежетом, и мы вошли в заваленный всяким хламом двор. Маленьких ветхий домик ютился с краю участка, а в середине под навесом стоял контейнер, который резали два сварщика в масках, как у космонавтов, посыпали его ворохами искр. Навес плавно переходил в крышу какого-то ангара с воротами, сваренными из контейнеров, внутри что-то жужжало.
— Добрый день!
Маленький сухонький армянин ростом по грудь Каналье пожал его руку, скосил на меня глаза.