— Всячески одобряю. Это пока можно все делать на коленке, и никакого надзора. Придет время, все будет по правилам, вот тогда твои знания и пригодятся. Бабушкины секреты плюс твои знания, идеально!

Возвращаясь домой на автобусе, я щурился на яркое солнце и думал, что каникулы у меня получились очень уж спокойными, не на это я рассчитывал. Думал ударно поработать, да где там. Беготня, суета… Поехать, что ли, покалядовать с Канальей по селам?

Но при мысли, что снова придется трястись, что хлопнут гаишники, а потом орать в рупор, ходить по дворам, и плечи непроизвольно дернулись.

Проведу время с друзьями, покручу в голове мысль, как сделать наш клуб более доступным. Тогда больше ребят проникнется нашими ценностями, а кто-то, может, и с кривой дорожки свернет.

Да, займусь, пожалуй, именно этим. Тренеры у меня есть, сниму спортзалы в городе, это сейчас копейки, сделаю их бесплатными. Но кого попало брать на тренировки не буду, только по собеседованию. Вот только успею ли?

Когда я вернулся, Боря и Наташка уже собирались на рынок торговать, а мне впервые за почти год было нечем заняться! К Гайде, что ли, съездить, посмотреть, что там получилось?

* * *

В понедельник меня снова разбудил телефонный звонок, но теперь в полвосьмого. Боря застонал и придавил голову подушкой, а я прошлепал к телефону.

— Ну что, поедем за вторым контейнером? — бодро спросил Каналья. — Все равно сгниют или отожмут их и в металлолом сдадут.

— Известий от армян нет? — спросил я, зевнув.

— Тишина. Смылись братья с денежками, странно, что никто не знает причину. Долгов у них нет, производство налажено. Кто наехал, непонятно.

Я мог бы выяснить это по своим каналам, но был уверен, что получить больше информации, чем афганцы, по сути, бандиты, у меня не получится.

Манипулятор с платформой ждал меня на стоянке, я спустился к Каналье, и мы поехали забирать наше.

Однако, когда подъехали и Каналья зафиксировал контейнер тросами, готовя к погрузке, клацнула калитка, и к нам выбежал… Вазген собственной персоной! Всклокоченный, какой-то помятый, он замахал руками, ринувшись на нас.

— Совсем обалдели? Вы что творите? — Он постучал себя по лбу.

Мы с Канальей переглянулись. Напарник заглушил мотор, и мы вылезли к возмущенному армянину.

— Кто вам разрешил? — разорялся он. — Это воровство, я буду жаловаться, я…

Каналья схватил его за грудки и припечатал к машине.

— Что-о-о? Жаловаться? — Каналья его встряхнул и легонько стукнул о кузов. — Ты где, падла был? Мы весь город на уши поставили, когда тебя искали. Ни денег, ни контейнера, ни вас с Артуром. Что мне думать?