В той реальности на трубы я не ходил ни разу. У меня внутренности сворачивались от одной мысли о них. Теперь же память взрослого подсказывала, что махач на трубах — первый шаг к тому, чтобы заработать уважение реальных пацанов. Даже если огребу, сам факт, что я не струсил, поднимет меня на ступеньку выше, они перестанут относиться ко мне, как к перхоти, и мне, и друзьям жить станет вольготнее.

Но, с другой стороны, даже теперь я не мог спрогнозировать реакцию гопоты. Вдруг, получив по голове, Чума затаит обиду и попытается подкараулить меня в темном переулке? Придется ходить, оглядываясь.

Вторым уроком была литература здесь же, ее тоже вела Джусь, а мы всем классом скорбели, потеряв Веру Ивановну и обретя цербера. Чумные братья вели себя тихо, они боялись Людмилу Кировну, и свинтили сразу, как прозвенел звонок.

Из класса наша группа уходила последней. Похоже, всем было фиолетово, чем закончится бой на трубах. Ну подумаешь, драка очередная! Новенький, по сути, чужак, будет драться с тем, кто тоже своим для них не был никогда — си мной.

На большой перемене мы вшестером рванули в библиотеку на первом этаже и взяли недостающие учебники, наблюдая шеренги мелкоты, топающие по галерее в столовую за булочкой с компотом.

Третий урок, биология, тоже был на втором этаже, в двадцать восьмом кабинете, мы быстренько переместились туда, и только вошли, как прозвенел звонок.

К счастью Елены Ивановны, чумные братья не удостоили ее своим присутствием, и анатомия прошла спокойно. Правда, уроком это я бы не назвал: «Давайте поговорим о наших планах… Теперь открыли учебники и перерисовываем человека». Учительнице не нравилось утруждаться, и она превращала свой урок в рисование, мы научились рисовать простейших, тычинки и пестики, трилобитов, лягушек, собак и многое другое. Половину урока мы отвечали на вопросы в конце параграфа, вторую половину рисовали очередную лягушку, записывали домашнее задание — и до свидания.

Кабинет математики находился сразу за стенкой, и на четвертый урок далеко идти не пришлось.

Учительница, Инна Николаевна уже ждала нас. Со звонком встала из-за учительского стола, впечатляя нас габаритами: голова с кулачок, покатые плечики, талия и гигантский седлообразный зад на ногах-колоннах. Она единственная была выше нашей Барановой.

В десятом классе, когда я начал усиленно готовиться к поступлению и зубрить математику, она пыталась всем, но в первую очередь себе, доказать, что я ничего не соображаю.

Нависала надо мной во время самостоятельных и контрольных, чтобы я не списал, вызывала на самые сложные задачи. В году у меня была четверка, нервы она мне потрепала знатно, зато я отлично подготовился к поступлению, готовый к любому сюрпризу.