— Надо просто присутствовать, — объяснил воодушевившийся Илья.

— С меня минимум трое, — почесал в затылке Мановар.

— И с меня трое! — пообещала Натка. — Но это минимум.

— С нас — пятеро, плюс мы, — заверил меня Каюк, подумал немного и улыбнулся: — Неслабая такая толпа получается!

— Ну и с нас — транспаранты, — пообещал я и напомнил: — Будьте готовы с завтрашнего дня, примерно после третьего урока. То есть завтра на большой перемене ваши одноклассники должны быть проинформированы, чтобы я знал хотя бы примерное количество человек.

— А успеем? — засомневался Илья.

— До завтра — вряд ли. Потому ориентируемся на среду. Но готовимся с завтрашнего дня.

Мы пожали друг другу руки и разошлись. Когда я остался в окружении членов клуба, сказал:

— Если мы не сделаем этого завтра, то не сделаем никогда.

— Так быстро? Не успеем же! — запаниковала Гаечка.

— Должны успеть. Потому что об этом будут трепаться, и какая-то добрая душа донесет Джусихе. И она будет готова, понимаете?

Все закивали. Рамиль вздохнул:

— Вот бы записать все, как она нас ругает и выгоняет.

— Диктофон нужен, — кивнул Илья. — Но где его взять? Я у отца, конечно, спрошу, но…

Я увидел выходящую из школы Лику и рванул к ней, уронив:

— Я знаю, где его достать.

— Эй, ты куда? — крикнула в спину Наташка, а когда поняла, кто меня так заинтересовал, донеслось: — Предатель!

Лика заметила меня и остановилась, обхватив себя руками.

— Как дела? — спросил я сходу.

Она пожала плечами.

— Не знаю, отчима не видела, в мою комнату он больше не лезет, а я не захожу к ним… Мать с меня пылинки сдувает, а я-то думала…

Пришлось объяснять:

— Обида и злость не дают видеть очевидное.

Я пошел рядом с ней, чувствуя, как сестра взглядом прожигает во мне дыру.

— Спасибо, Паша. И… прости за ту выходку, ну, когда выгоняла вас с Борей, я думала…

— Проехали, — отмахнулся я и сказал серьезно. — Мне нужна твоя помощь.

Лика сбилась с шага и остановилась. Я объяснил:

— Мне на время нужен диктофон. У матери должен быть. Причем нужен завтра, нам Джусиха угрожает, и мы хотим ее припугнуть, записав угрозы.

Девушка свела брови у переносицы, потерла висок.

— Не знаю даже. Может, и есть, я спрошу. Скажу, что это мне угрожает учительница… совру что-нибудь.

— Только обязательно — завтра! Ты меня буквально спасешь.

Втягивать ее в свою революцию я не хотел — в последнее время у девчонки с избытком острых ощущений. Распрощавшись с Ликой, я рванул к своим, где меня ждала свирепая Наташка.

— Ты че это, а? — От гнева она задыхалась и не находила слов.

— Диктофон добывал, — развел руками я. — Почти добыл. В войне и на революции любые средства и союзники хороши, разве нет?