Он пытался меня полюбить – не смог.
Всё так банально и до жути страшно. Как дальше жить, что дальше делать. Вы знаете – и я не знала...
Нет, уже завтра я буду знать, но не сегодня точно. Сегодня я не знаю ничего, и мне от этого страшно, очень страшно...
ГЛАВА 6.2
Я ещё не спала, когда Аксенов взял подушку и плед. Когда он, произнеся дежурное «спокойной ночи», закрыл за собой дверь. Софа уже спала, у неё завтра первый день в лицее.
Я не хотела ни её лицей, ни эту работу, ни этот город, ничего.
Я хотела уехать, далеко, в свою Москву. Там я обрела семью, начала всё сначала. Я не хотела возвращаться в этот город, который меня едва не сломал. Ничего не хотела.
Меня трясло от мысли о моём детстве, юности. Для всех это прекрасные годы, но не для меня. Уехать, быстрее уехать... Вот что билось у меня в голове: бежать и только бежать.
Я сама не заметила, как уснула. Проснулась от запаха свежесваренного кофе.
С трудом дошла до кухни. Дело было не в нескольких, трёх бокалах коньяка, а в том, что произошло. Всё моё отношение и что всё закончилось.
– Кофе и яичница! Я отвезу Софу!
Аксенов делал кофе? Это что-то новенькое. Он очень вкусно варил кофе, у него всё получалось особенным, но редко это делал.
Я молча отпила его кофе. Вкусно. Очень вкусно...
Только пустота какая-то на душе. К яичнице даже не притронулась. Мне не до неё было. Если честно, кусок в горло не лез, ничего не лезло. Такое мерзкое ощущение, будто в лужу дерьма упала. Да так и есть, я и упала в неё и сейчас выбраться пытаюсь. А ничего не получается, барахтаюсь как дура – и всё без толку.
– Питер снегом накрыло! Давно такого не было! Новый год чувствуется!
Аксенов на этой старой кухне с не новым ремонтом стоял с чашкой кофе в руках и смотрел в окно.
Уютно и тепло. Мы так каждое утро раньше собирались до того года, пока он не встретил её. Интересно, где они познакомились? Хотя какая мне разница, плевать, ничего не интересно. Вообще...
– Она меня подрезала! Дерзкая, молодая... Сам не понял, как всё закрутилось! Прости меня, я идиот, наверное, что тебе всё это рассказываю!
Он так странно смотрит на меня, а потом отворачивается. В горле встаёт ком. Страшный ком...
Мне захотелось в него чашку с кофе запустить. Он сейчас специально мне всё это рассказывает или что это – игра какая-то своеобразная?
Мерзко.
– Избавь меня от подробностей! – резко отвечаю я. – Мне неинтересна твоя Оксана! Я не хочу это слышать! Ты прав, ты идиот, раз такое рассказываешь!
– У вас всё хорошо?
На кухню заходит Софа. Красивая лицейская форма ей очень идёт. Как она выросла и на отца-то похожа. У них одинаковые синие и такие холодные глаза. Родные и любимые. В носу щипит. Сильно щипит. Так, всё, спокойно, даже не вздумай, ты чего удумала, не смей...