Нет… слишком манящий дар. Слишком опасный. Слишком лёгкий путь к безумию. Уже и сейчас мне казалось, что одной попытки мало. Если что-то пойдёт не так, уже ничего не исправить. Так что я уж постараюсь сделать всё правильно. В первый и последний раз.

Велму я отправил домой, велев вести себя как обычно. Не менять привычек, вести себя как обычно, не отменять встречи и планы. Она ушла недовольной и неудовлетворённой, бросив на меня злой взгляд и язвительную фразу о том, что «у некоторых мужчин пропадает аппетит». Но мне было не до близости. Не для этого я всё провернул. Всё после… Ещё успеем насладиться друг другом, если она останется жива. Вот же… не «если», а «когда».

Мне нужно было отправиться в Управление по особым делам. То, что я собирался там поведать, касалось непосредственно начальника Тайной Канцелярии Филиппа Уоррена. Его следующей жертвы. Благо, был у меня в отделе один полутемный маг, старый знакомый, который недолюбливал Уоррена и был готов рискнуть ради справедливости. На него я и рассчитывал.

Я всё ещё член Совета, и имел право требовать расследования, имел право говорить правду, даже если она неудобна. И не поверить мне не могли. Нет, они не поверят, но будут вынуждены вмешаться и проверить правдивость моих слов. Если откажут, я призову к ответу по древнему обычаю — по слову чести, которое не имеет права нарушить ни один член Совета.

— Мне стало известно, что завтра состоится покушение на мою невесту, — сообщил я, когда меня сопроводили к главному особисту Горди. Мой знакомый принял меня, все оформил и пригласил к начальнику.

Горди был человеком тяжёлым — и телом, и характером. Мы не часто общались и держались нейтрально.

— Почему, мистер Монтре, вы пришли к нам? — медленно проговорил он, — Такими делами должна заниматься Тайная Канцелярия. Это их прямая обязанность.

— Потому что, мистер Горди, я подозреваю непосредственно её начальника, — я смотрел ему прямо в глаза, не отводя взгляда. — Филипп Уоррен замышляет убить мою невесту.

— Это слишком громкое заявление, — Горди покачал головой, и его брови поползли вверх. — Такие обвинения…

— Я прекрасно знаю, что они означают, — я не отступал. — Но уверен в информации, она правдива. У меня есть источник, которому я доверяю. И я знаю время и место.

— Кто ваш информатор? — Горди прищурился, — Не всем можно верить.

— Тот, кому я верю безоговорочно. Он не может мне лгать. Он надежен.

Это я сам. Но, конечно этого поведать ему не мог.

— Это всё, что я могу сказать.

Горди молчал. Я видел, как он взвешивает мои слова, как просчитывает риски.