– Ковыряясь в трупах безумных малефиков, я тогда думал, что покупаю себе этим жизнь. Стоило мне сделать своё дело, и мне бы свернули голову, как отъевшейся курочке. Да, конечно… Ваша матушка-Церковь не любит тех, кто задает вопросы. Взять хотя бы Тейваса Первого.

– Кого?

– Вот именно…

Бутылка нашлась. Целый сундучок с крепким, как удар конским копытом, алкоголем. Славно. Они промочили горло, и Гвидо продолжил:

– Церковь считала, что в телах малефиков есть некий дополнительный орган, ответственный за обладание способностями. Я провел вскрытие десятков носителей малефеция от мала до велика. Я искромсал плоть вдоль и поперек, изучил все, от серого вещества до сосудов ног, и не обнаружил никаких отличий от человеческого организма. Тито это не понравилось. Он давал мне всё больше и больше материала, он совершенно обезумел. В какой-то момент я перешагивал через тела малефиков в лаборатории, так много их было. Потом этот ублюдок, он… Он подсунул мне живого мальчишку. Опоенного.

Гвидо тягуче сглотнул и спрятал взгляд в движении своих беспокойных рук. Стали заметны мурашки на оголенных предплечьях медика. Он прикрыл руки широкими складками синей шорской парчи.

– Он не кричал, когда я его резал. Даже кровь почти не бежала, немного, и… Но… Ну. Он умер на моем столе, но я кое-что нащупал. Его кровь в определенном освещении выглядела иначе. Это была свежая кровь, не застоявшийся гумор, который еле-еле течет из высушенных вен трупов. Я так обрадовался своему открытию, брат! И до сих пор не знаю, как к этому относиться – к радости, не к открытию. Я изучил это. Мне удалось то, что не получалось ни у кого ранее. Ихор… Малефеций… Я смог выудить его из спинного мозга едва живого мальчишки. Чистый, как слеза. Мне пришлось бежать с этими исследованиями в Шор, потому что Тито сумасшедший, и я знал, чем это грозит. И он заразил меня своим безумием, своим… отсутствием гуманизма ради достижения цели. Я не горжусь этим. Но я решил изучить возможность обмена витальными жидкостями малефиков с людьми.

Гвидо оперся о стол локтями и свесил голову, переведя дух. Следующие слова он пробормотал едва слышно, но в комнате были только одни уши, способные услышать его. Не разобрать это пьяное бормотание было невозможно.

– И не только людьми.

– А с кем же? – До Джо дошло не сразу. – Стой! С этими… с химерами?!

Когда Гвидо поднял глаза, в его расширенных зрачках плясало пламя иных миров.

– Джо… Результаты оказались… потрясающими. Те, кого вознесенцы зовут малефиками, совместимы жидкостями с химерами, да. Несут тот же ген… А значит, способны общаться с ними! На уровне… Не знаю, тканей? Кожи? Как звери общаются без слов! Но для этого их сила духа и мощь их способностей должна быть больше, чем у твари. Чонса такая. В подземельях мой подопытный, Данте, таков. И еще один… Черт, думаю, каждый, кто родился под алым солнцем нового мира после Сошествия – тоже! Если правильно все рассчитать… правильно сделать… Если это сделает правильный человек, обладающий способностями к контролю других, мы сможем прекратить бойню. Отправим этих тварей туда, откуда они вылезли.