– В Йорфе?

– Ну, братец, ты же ключник. – Гвидо рассеянно улыбнулся. – Неужели ты не знаешь маленькую мерзкую тайну вознесенцев?

Джо угрюмо молчал, задрав донышко бутылки вина к потолку. Поняв, что беседу Колючка поддерживать не умеет, медик спустил голос до театрального мрачного шёпота:

– Под Йорфом расположен монастырь и некрополь. Туда же отводят приговоренных к смерти малефиков. После убиения их тела сжигают, а кости, что не тронул огонь, складывают в ниши святых крипт.

– Зачем?! – только и смог воскликнуть пораженный ключник, ничего об этом не знавший. Гвидо пожал плечами:

– Кто-то считает, что так они не соберутся в кадавра, что на заре эпохи Вознесения уничтожит наш мир. Как сейчас кажется, несильно они преуспели в защите нашего мира, а? Грянуло откуда не ждали, – усмехнулся он. Слишком часто и слишком нервно он улыбался. – Другие говорят, мол, если безумный малефик умрет в мучениях, и над ним споют литургию, его кости обретут чудодейственные свойства. Тебе не казалось, братец, что у Малакия было многовато костей для человека? Думаешь, каждая Кость Мира принадлежит ему? Сколько в Бринморе ключников? Пять, шесть сотен? И каждый носит при себе одну. А сколько заложено мощей в стены монастырей? А купели в малефикорумах? Я уже не говорю о реликвиях и артефактах, что хранят у себя аристократы. Малакий либо был гигантом, либо кто-то подсобил Церкви со святыми мощами. Во что веришь ты?

– Значит, наши артефакты… святые реликвии – это мертвые безумные малефики?

– Не знаю. Я знаю только сказки. Кто бы мне, по-твоему, рассказал все, как есть? Добряк Тито? Ну уж нет, этот сыч блюдет свои тайны, как святая дева-блудница. Это я там и сям сунул свой нос. Не будь я нужен прелату, то почил бы после первого же проявления любопытства.

Гвидо отобрал у брата бутылку. Ногой он зацепился за стол и качался на стуле, как школьник, делая частые мелкие глотки. Вот так дела. Джо не знал, что думать. Смотрел в одну точку, не выдержал в итоге, подхватился с места и начал расхаживать. Его взгляд, к счастью, был обращен внутрь, и он перестал замечать следы вскрытий и человеческих тел вокруг.

Церковь лгала им? Малефики, проклятое семя – всё равно, что святые? Как это возможно? Кто они такие? И почему, в конце концов, артефакты Церковников называются Костями Мира?

Джо порадовался, что Нанна избавила его от костяных украшений. Одно дело – носить в своем теле мощи святых, совсем другое – останки убиенного колдуна или ведьмы.

– Надеюсь, у тебя есть еще бутылка, – наконец прохрипел он. Погруженный в воспоминания, Гвидо ответил невпопад: