Из башни я вышел не в Ядро, а прямиком в Отстойник. Нехватка пыли, конечно, никуда не ушла, но моя оболочка была забита ею доверху. К тому же в ближайшее время решится вопрос с тем, нужно ли ее вообще беречь. А пока в моей обновленной матрице прорисовались подробные карты всех миров, составленные Братьями за тысячелетия.

Горечь встретила недовольной поспешностью. Гудели в пробке на мосту машины, переругивалась старушка с продавщицей у овощной палатки, пытался убежать от опеки матери годовалый малыш. За способность людей вставать после очередного удара, я уважал их больше всего. Ведь еще не так давно их мир пережил атаку иномирных тварей. И ничего. Люди продолжали жить, будто ничего и не случилось.

Я переместился прямиком в подъезд некогда родного дома. Благодаря превосходному слуху можно было различить, как на третьем этаже кошатница разговаривает со своими питомцами, наверху профессор читает жене газету, однако самая интересная беседа происходила прямо за соседней дверью.

— Лапоть, ну будь человеком, — узнал я голос Васька.

— А чего не кабиридом, хозяин? Или еще как обзови, я привыкший.

— Тему не переводи.

— Да ничего я не перевожу. Это ты меня отвлекаешь. Мне еще котлеты лепить.

— Какие котлеты? Мать так скоро вообще всю готовку на меня повесит.

— Не на тебя, хозяин, а на меня. А разве по-другому должно быть? Бабы они существа ветреные, разве можно их к печи подпускать? Влюбятся, щи пересолят, а каши как варят? К примеру, твоя матушка…

— Лапоть, я про наш разговор. Я хочу быть Ищущим!

— Блажь это все, — голос домового стал суровее. — Ты, хозяин молодой, думок у тебя много, а правильная мысль все не придет. Это ничего, с возрастом образумишься. Уж я подсоблю.

— Лапоть, я хочу быть Ищущим!

— Ну, сам посуди. Какой с тебя будет Ищущий? Ты знаешь, что они, к слову, не стареют? И чего ты, до одиннадцатого класса будешь не больше семи вершков будешь? А мать, что скажет? Станешь карлой до самой смерти? Обождать надо.

— Ты прав, — неожиданно согласился Васька. — А долго ждать?

— По ситуации, — уклончиво ответил домовой, — но как срок настанет, я тебе непременно скажу, хозяин. Вот те крест.

Я улыбнулся. Зная Лаптя, мы еще увидим Ваську сутулым старым дедом в окружении внуков, а никак не Ищущим. Потому что домовой знал самую важную истину — быть обычным смертным иногда гораздо лучше, чем героем или избранным. Герои сгорают намного быстрее и без остатка, оставляя после себя лишь легенды. Не более.

Чего я поперся сюда? Наверное, искал ответы в своей прошлой жизни. Или к нынешней? Будто бы Серг мог насовать записочек под половичок в духе: «Когда придет время выбирать между любимой женщиной и ответственностью перед остальными, разорвать оранжевый пакет. Не зеленый, а оранжевый, балда!». Только здесь не было ни записочек, ни пакетов, ни ответов.