— Вообще, ты прав, я пришел заручиться поддержкой. Ты как, захочешь посмотреть на последний день Помпеи?

— Не слышал о таком мире. Это там червоточина? В любом случае, я никогда не был против хорошей драки, — легко согласился Джагг.

— И еще я хотел уточнить об Ищущих, которые могли справляться о Сердцах. Никто не объявлялся?

— Можешь быть спокоен, в Кирде таких нет. Пока обитель была закрыта, я пообщался с очень многими. Но, как ни странно, нужное существо вышло на меня само.

— А вот с этого места поподробнее.

— Ты не задал главного вопроса, Седьмой. Откуда я знаю, что вы ищете помощи у Ищущих?

Ведь правда, чего это я?. Если размышлять логически, то Джагг попросту не может этого знать. Работающая обитель в полудне пути отсюда. А ведь это еще надо вернуться. Значит, данный вариант отметается. Один из посещенных мною городов часах в четырех, но и тут надо либо очень быстро бегать, либо быть архалусом с впрыском азота в перьях. А подобных я здесь не наблюдаю. Чтобы не терзаться понапрасну догадками, я бросил лишь одно слово.

— Говори.

— Видел, как встретили тебя мои люди?

— Да обыкновенно встретили, — пожал плечами я.

— Вот именно. Вообще не удивились. Словно сюда Вратари частенько захаживают.

Я еще не понимал, к чему клонит Джагг, но в груди на всякий случай родилось нехорошее ноющее чувство. Ох, не к добру это.

— Продолжай.

— Сегодня утром сюда заявился один из ваших. Здоровенный, ростом даже чуть больше тебя. С такими же красивыми наплечниками. И передал послание для одного Вратаря. Ты знаешь, я парень не промах. Вот и выторговал взамен самое важное, что он мог мне дать.

— Вряд ли пыль.

— Информацию, — поднял палец вверх Джагг. — Поэтому то, о чем ты рассказывал, для меня не секрет.

Инструктор, посещает Кирд, хотя тот был поручен мне. Для чего? Последователей Молчуна я отмел сразу. Они просто не знали, что по приказу Агонетета Братья обратились к Ищущим. Значит, это один из наших. Тот, кто ослушался приказа и заявился сюда. Нет, не то, чтобы я боялся конкуренции — подумаешь, еще один непослушный Вратарь, но его мотивы были совершенно непонятны.

— Самое важное-то я не сказал, — взял ближайший, точно приготовленный заранее, пергамент Джагг, — послание этот самый великан оставил для конкретного Вратаря, который вскоре сюда прибудет. Для тебя.

Я непослушными руками взял сотворенную с помощи пыли записку. Ищущий с любопытством смотрел на меня. И как только я взглянул на одну единственную строчку, то понял природу его интереса. Послание оказалось написано на самом древнем языке, на языке Вратарей. И гласило следующее: