— Могу встать и вокруг себя покружиться, — предложил я. — Если хочешь. Мне не трудно.

— Скажи, а ты бы мне в той ситуации помог? — вдруг спросил Швецов. — Ну, с кладбищем?

— Да фиг знает, — чуть растерялся я. — Характер у меня, конечно, не сахар, но и не такой уж дрянной, как твоя подруга говорит. Но вообще все зависит от того, что тебе там было нужно.

— Украшение одно, — улыбнулся Валера. — Оно в могиле лежало, его закопали вместе с владелицей, когда та умерла.

— Так себе тема, — скривился я. — Хозяева Кладбищ жуткие скряги, это у них единый корпоративный принцип. Они терпеть не могут, когда кто-то что-то из их владений забирает, даже если это клочок полуистлевшей ткани. Скажу тебе честно — не факт, что вписался бы. Тем более я этого умруна вообще не знаю и на кладбище том не бывал. Но тут все идет не только от «стремно» — «не стремно». Я всегда от человека отталкиваюсь. Ты нормальный вроде, может, и договорились бы до чего. Если Стелла бы не лезла, разумеется, она любые переговоры сорвать может.

Сдается, что он меня проверяет. Не исключено, что скажи я «да», Швецов сразу бы встал и ушел. Впрочем, может, и нет, может, я ищу второе дно там, где оно отсутствует?

Но вообще хороший парень вроде, готовый к нормальному диалогу. Непростой, это да, ну так это нормально. Все простые в глуши живут, там, где, кроме леших да кикимор, с которыми более-менее всегда можно договориться, нет никого. А это Москва, тут простых, открытых и честных на завтрак едят с шутками и прибаутками.

— Я всегда решения принимаю сам, — негромко, но как-то так очень веско сообщил мне Швецов. — Всегда. Мнения выслушаю, но последнее слово при любых раскладах остается за мной.

— Могу только позавидовать, — вздохнул я. — Увы, у меня не всегда так получается поступать. Не знаю, в какие места тебя твои дела заносят, а я вот часто шляюсь по путям кривым, темным и недружелюбным, где без посторонней помощи просто не справиться. Ну а за нее хочешь не хочешь, а платить всегда приходится, как правило, услугами. Деньги — это только деньги, их всегда заработать можно, только кому они нужны по нашим делам да случаям? Услуга — вот настоящая валюта Ночи.

— Вурдалаки с тобой не согласились бы, — хмыкнул Валера. — Уж поверь. Ух, до чего они до живой монеты жадны — страх. Правда, у них и расходы будь здоров какие.

— Я с этой публикой особо не общаюсь. Они же, по сути, живые мертвецы, потому отчасти попадают в мою юрисдикцию, а им это не очень нравится. Плюс вожу знакомства с Хозяевами Кладбищ, а их вурдалачье племя на нюх не переносит, потому что боится до судорог.