После перерывчика уже решили пойти дальше, и прыгать не в воздух, а хоть на ближнюю базу. И сразу облом! У Тогира не получается прыжок. Что-то перемыкает в мозгах, он остаётся на месте, я улетаю на базу один. Нитка, понятно, рвётся. Попробовали без нитки и меня — всё работает как надо. Парень чуть не плачет уже, я на взводе — а мне ведь с генералом встречаться ещё этим чёртовым!

Тут Лина слезла с моего козырного мешка, скинула свитер, подскочила:

— А ну-ка дай я попробую! — и Тогира так обеими руками назад — швырь! Пацан чуть не грохнулся. Его и так-то жалко было, а тут ещё такое… Утешать пришлось! Бутербродами кормить! И времени — обед уже почти, надо заканчивать.

Но решили всё же попробовать на дурачка, вдруг что-то само получится? Хотя, я уже и не надеялся, конечно — мы с парнем час целый только учились хоть приблизительно в ногу попадать, а тут с листа…

А тут — с листа.

Мы с Линой улетели в синхронный прыжок с первого же раза. И даже нитка осталась целой, вот.

На Тогира — смотреть страшно, пацан аж чёрный с лица. Мда. Завязывать надо с такими тренировками, похоже, а то добром это не кончится… Потеряем пацана!

* * *

На обед идти Тогир отказался — вроде как бутербродами наелся, и я, честно говоря, даже какое-то облегчение испытал: уж очень трудно на него смотреть было по дороге из зала. Слишком сильно он переживает… Рассказал в столовке Сергею, тот поцокал языком, а потом вскочил и сбежал куда-то… а, вот, Потапченко выцепил и с ним шепчется о чём-то. Вернулся за стол, шумно плюхнулся:

— Всё будет норм. Сейчас там его в порядок приведут.

Сидим, едим, но ему явно не терпится:

— Слушай, а зачем это всё? Ну тренировка такая странная. И — у вас же получилось? — я кивнул. — А что⁈

— Да я сам не знаю. Вертится вот в голове что-то, но ничего определённо сказать не могу. Надо будет ещё попрыгать, с Линой, может, зацепится что-то конкретное.

Тут я, конечно, слукавил: новое точно есть. Ниточка-то между нами — однозначно выходит из моего переносимого радиуса, что уж говорить про Рыжую! И ведь целой она осталась, а это значит что? Пропутешествовала с нами вместе, где мы там скрываемся в прыжке! И никак не изменилась! То есть, похоже, мы вдвоём можем больше, чем я один? А это серьёзно.

Правда, надо ещё работать. И информацией этой я светить не готов, так что, нам бы как-то самим…

— Даже жалко, что я с вами сейчас никак пойти не могу — покумекал бы тоже, три головы, как говорится… Но мне придётся ехать этих визитёров встречать да сюда проводить, — разочарованно протянул Сергей.

А я — так вот как раз наоборот, возрадовался в душе. Это именно то, что нам надо!