— Ну, и? — не выдержал я.

— Большая часть моих бойцов была выбита в первые минуты абордажа, — со вздохом продолжил Лаэр. — Честно говоря, я думал, что все, амба — нет у меня больше боевых кораблей и своей боевой группы. Но повезло. Один из моих, то ли в горячке боя, то ли изначально ошибившись с настройками, врубил персональный щит, и…

— Твою мать, Лаэр! Ты еще и персональный щит слямзил? Ты хоть понимаешь, что с тобой сделает Сириус, если… — рявкнул я.

— Да угомонись ты! — перебил меня Лаэр. — Это все мелочи, поверь. Если уж Сириус и захочет прикончить меня, то явно не за это…

— Я даже боюсь спрашивать, за что, — проворчал я.

— Вот и не спрашивай, — рассмеялся Лаэр. — Значит, на чем я остановился? Ах, да…один из моих бойцов умудрился сбить настройки щита — в тот момент он работал не на поглощение энергии извне, а наоборот.

— Это как? — не понял я.

— Ну, вот когда корабли щиты накачивают в размерах и плотность повышают, знаешь? — пояснил Лаэр. — Это точно тот же принцип. Только мой боец умудрился задать такой размер пузыря, что целый фрегат бы влез. С запятой, видимо, ошибся, или вообще не поставил. Ну, бывает, ничего страшного. Генератор щита, конечно же, к таким нагрузкам был не готов — начинает создавать щит и вырубается от нагрузки. Опять включается, надувает пузырь и снова выключается. Причем эти импульсы шли с такой частотой, что я удивлен, как генератор там не взорвался. Так вот, эти импульсы, как я считаю, стали причиной, по которой удалось победить.

— Как так?

— А вот так, — пожал плечами Лаэр, — для противника щит в таком режиме работал как парализатор — отключал в момент. К сожалению, мои ребятки сразу не сориентировались или побоялись, что эффект от щита временный. Может, посчитали, что генератор щита долго не протянет. Не суть, главное, что они выбили весь экипаж кораблика.

— Да что за экипаж? Кто там был-то? — не выдержал я.

— Одного они взяли, — проигнорировав мои вопросы, продолжил Лаэр. Он как раз остановился возле какой-то подозрительно крепкой и прочной двери, ввел код доступа.

Дверь ушла в сторону, и мы вошли в место вроде шлюза. Лаэр остановился возле внутренней двери и снова ввел код — внутренняя дверь открылась лишь тогда, когда закрылась внешняя. Мы оказались внутри небольшой комнатушки. Прямо по ее центру стоял стол, очень напоминающий тот, что бывает в операционных. А на столе лежало нечто, укрытое простыней.

— Это что? — спросил я, впрочем, уже догадавшись, что или кто там.

— Это тот самый, которого мы взяли, — сказал Лаэр, — правда, пока летел сюда, почему-то концы отдал. Но все равно на всякий случай мы его изолировали — в этой комнате не проходит никакой сигнал.