— Есть.
Он произнёс это привычно и сразу повернулся к выходу. Уверенность в том, что перед ним командир армейской группы спецназа, уже помогала ему держаться на ногах. Разубеждать его сейчас я не собирался.
Равиль вывел бородача. Тот шёл сам, осторожно ступая между камнями. У ворот оступился, вскрикнул от боли в плечах, но удержался. Игорь проводил его взглядом.
— Серый, он ведь знает. Значит, найдём Антоху.
Я посмотрел на тёмную дорогу за оградой.
— Сейчас этих вывести надо.
Быков кивнул и пошёл к остальным. В карьере остались только мы с Али. Со стороны посёлка осветился поворот. Фары метнулись по каменной стене, остановились. Двигатель продолжал работать. Я снова лёг за пулемёт.
— Иди, — сказал я Али. — Займи позицию на той стороне карьера. Прикроешь мой отход если что. Я следом.
Он помедлил.
— Серый, может лучше я?
— Иди брат. Мне тут с пулемётом сподручнее будет
Фары погасли. В темноте хлопнула дверца. Я дождался движения возле машины и дал очередь. Вспышки на мгновение выхватили дорогу, край стены и человеческую фигуру, бросившуюся в сторону. Ответили почти сразу. Били поспешно, выше карьера. Я сместил ствол, выстрелил ещё. Потом подхватил пулемёт и отступил от края.
Внизу, за постройками, уже двигалась длинная неровная цепочка. Люди несли носилки, поддерживали друг друга. Где-то среди них шёл Игорь. Рядом с Равилем, зажав обе раненые руки, брёл человек, обещавший показать дорогу к его сыну. Я догнал Али возле ограды.
— Все вышли?
— Все.
Мы пошли следом за остальными. Через несколько минут сзади снова затрещали автоматы. Стреляли по пустому карьеру. Никто из освобождённых не обернулся.
Глава 13
Стрельба осталась за склоном, но люди ещё долго пригибались при каждом далёком хлопке. Носилки качались, несущие сбивались с шага, и лежавший на брезенте мужчина начинал стонать.
— Ровнее, — негромко говорил Мухин. — Дима, со своей стороны повыше возьми. Не останавливайтесь, здесь неудобно.
Мы с Али шли последними. Я постоянно оборачивался, прислушивался. Ждал голосов, света между деревьями, треска веток. Но сзади никого не было. Только стреляли всё реже, а потом прекратили и вовсе. Али задержался рядом со мной.
— Не идут вроде.
— Пока не идут. Сейчас очухаются, вызовут подмогу и уже тогда…
Он кивнул и снова посмотрел назад. Впереди остановились. Мужчина в шлёпанцах сидел на земле, держал в руке свою обувь и пытался натянуть её на обмотанную тряпкой ступню. Пальцы дрожали, тряпка размоталась и волочилась по земле. Мухин присел перед ним.
— Давай сюда.
Поправил обмотку, помог обуться, подставил плечо. Мужчина поднялся и пошёл, опустив голову. На первом же подъёме пришлось менять людей у носилок. Те, кто только что освободил руки, стояли, прижав ладони к бёдрам, и тяжело дышали. Один попытался размять пальцы, но они не разгибались. Синицын держался рядом с раненым. Поддерживал здоровой рукой край брезента, следил, чтобы голова не билась о жердь.