— Программу по какому направлению решено дальше вести? — спустя несколько секунд тишины, задал очередной вопрос Ушаков.

— На данный момент разрабатываются схемы по введению в процесс добровольцев, — тут же отрапортовал Семенов, зачитывая текст. — Была ставка на подопытную Анисимову, но всё сорвалось. Виновные там понесли наказание, но актив потерян. Сейчас идет разработка программы с добровольцами. Только вот купятся ли пришельцы на очередные приманки не ясно. Заключения наших специалистов, все, как один: не клюнут. Либо, на изъятие будет задействовано больше сил, что отрезает нас от возможности вообще кого-либо вытащить.

— Не густо, — нахмурился генерал. — То есть, получается, в общей сложности у нас шесть получивших силу, и один под вопросом?

— С вероятностью в восемьдесят семь процентов, — поднял голову оператор, — Воронов так же её получил.

— Хорошо, пусть, — кивнул задумчиво Ушаков. — Итого мы имеем 7 сопляков, которые лишь в теории, да и то не через один год, будут способны на какие-то серьёзные манипуляции с этой своей силой. Всё верно?

— Д-да, — запнулся на мгновение Семенов. — Так точно, товарищ генерал. Но перспективы там удивительные!

— Дожить бы еще, до перспектив этих, — проворчал не старый, в общем-то, мужчина.

Внезапный пищащий звук, что противно проскрежетал от одного из динамиков, заставил всех и каждого повернуться в ту сторону.

— Неопознанные объекты вошли в атмосферу Земли! — удивленный возглас солдата, следящего за аппаратурой. — Их десятки! Сотни! — рассеянный взгляд по мониторам. — Тысячи? Господи…

Тут же на самое большое полотно проектором вывели изображение карты, покрывающей большую часть Евразии. Сотни красных точек вспыхивали, то тут, то там, постепенно закрашивая участки карты во все оттенки багровых тонов.

— Твою ж мать, — потрясенный шепот генерала.

Мысли в его голове метались со скоростью ракет и даже так не успевали. Поднимать ВВС? По всей стране⁉

— Характеристики объектов! — хоть внутри у умудренного жизнью и войной человека и поселилась неуверенность, слова были произнесены твердо и без запинки.

— Триста метров в диаметре, два километра высотой! — ответ, спустя несколько секунд. — Скорость больше трех тысяч километров в час! Да истребители даже взлететь не успеют!

— Всё равно поднимай, — жесткое в ответ. — Боевая тревога по всем объектам и военным частям! Людей в ружье! Готовимся отбиваться, мать его!

— Сирены, сирены пусть по городам врубают! — заполошное со стороны, а после слова молитвы.

Секунды до приземления первого объекта, суетливые речи по рациям и телефонам, когда всё внезапно прерывается.