Глава 6
Просыпаться было тяжело. Сон, словно обвил сознание липкими нитями, не желая отпускать. Вот вроде уже и какая-то часть проснулась, но тело тебе не принадлежит. Ты чувствуешь палату, людей в ней и жар собственного тела. Фон разговоров больше походит на какую-то неразбериху. Наборы звуков, непонятная фонетика и неприятное до омерзения чувство, когда тебя касаются.
«Нет! Оставьте меня в покое!» — хочется крикнуть одной части меня.
«Помогите!» — кричит другая, что бьется внутри, пытаясь пробиться в реальность.
Жар сводит конечности. Капли пота неприятно стекают по коже, и ты чувствуешь каждую из них.
Боль! Боль? Это чувство такое приземленное и такое человеческое позволяет заякориться. Что-то проникает в тело, растворяется в нем, постепенно заставляя жар отступить. Миг! Вспышка! И глаза открываются, а я подрываюсь на кровати, чтобы обнаружить пустую комнату. Бешено бьётся сердце. Легкие ходят ходуном, наполняя кровь большим количеством кислорода.
— Гребанный сонный паралич, — прохрипел я, проводя тыльной стороной ладони по лбу.
Пота не было.
Завалившись назад, на подушку, пытался унять пульс. Дыхание выровнялось и появившееся головокружение отступило.
Ненавижу такие сны. Они хуже самых страшных кошмаров. Даже самые ужасные картинку мозгу воспринимать проще. Всегда присутствует толика понимания нереальности происходящего. А вот такая вот игра с сознанием, на грани чувств и ощущений, она проникает куда как глубже. Отсюда и завышенный пульс, и липкий страх, что отступать начал только-только.
Да, знатно я вчера стрессанул. Давненько меня так не накрывало. Сонный паралич еще этот. Прикольная, с одной стороны, штука, которая всегда меня веселит. Эдакий шанс взбодриться и прикоснуться к чему-то невозможному, пусть и прекрасно понимая, что подобного не существует.
Интересно, а завтрак я уже проспал?
Стоило подумать о еде, как желудок издал тихое, предвкушающее урчание. Чувство голода вспыхнуло с такой силы, будто не ел я дня три, точно.
Попытка подняться и да! Ни слабости, ни ломоты в мышцах. Ощущаю себя полностью здоровым и даже отдохнувшим. Приятно.
Быстрый осмотр по сторонам, где на тумбочке стоит небольшая пиала с мандаринами, а на вешалке у двери пузатый пакет. Просвечиваемый под светом лампы, свои внутренности он скрыть особо не мог. Внутри лежала моя одежда. Та самая, в которой нас забрали из института. Хм, телефон? Он нашелся тоже, только вот разряженный в ноль. Даже включаться не захотел. Сильно надеюсь, что именно разряженный, а не приказавший долго жить. А то денег на покупку нового как-то не предвидится.