Выстрел! Но движение продолжается, а тварь проталкивает себя с другой от меня стороны.

Выстрел! И движения замедляются, но не прекращаются. Вижу только лишь шевеление плоти мертвых уже тварей, а ту, живую, еще не вижу.

Щелчок номер два и выстрел номер три, когда показывается голова следующей твари. Почти человеческая, она разлетается в дребезги, а я на автомате жму спуск еще раз, когда высовывается последующая.

Пусто! Твою ж!

Ствол падает под ноги, а тепло вырывается из ладони фиолетовым клинком. Рывок вперед и энергетическое лезвие располовинивает череп твари, не встретив абсолютно никакого сопротивления. Только вот та самая, с противоположной стороны, уже вырвалась из оков плоти.

Второй клинок скользит вниз, и все чувства застыли где-то внизу живота. Помирать, заряжаясь, я не собираюсь. На Пашку тоже надежды мало. Мимолётно брошенный на него взгляд и паника там полностью подчинила движения.

Еще шаг вперед к твари, что поднимается на ноги и лишь её оскал отпечатывается в сознании. Да еще лапы, что опадает на пол после одного только взмаха. Следом за ней от тела отделилась и голова.

Рев и движение сверху, а какая-то угольчатая лапа, больше похожая на соколок кости, пробивает плоть и вырывается в опасной близости от меня. Шаг назад, взмах, чтобы укоротить и рев. А дальше — больше. Твари, словно сорвались с цепи, рвутся к нам скопом. Мешают друг другу, но мертвая плоть слишком слаба, чтобы их удержать. Отмечаю всё это краем сознания, всё внимание, пуская на клинки.

Страшно ли мне⁉ Чертовски, сука!

Но думать некогда. Гул моего темно-фиолетового гнева мелькает, то сверху, то снизу. Количество мертвой плоти увеличивается, а звон в ушах с каждой секундой становится громче.

Внезапная боль в ноге и взгляд туда. Рваная рана ниже колена только челюсть сжать заставляет. Тем не менее, переместив центр тяжести, делаю еще шаг назад.

Звук выстрела ворвался в сознание удивлением. Ибо прозвучал он из коридора и принадлежал знакомому до боли калашу. Очередь короткая, которой вторила другая. Отсечки по три патрона и количество стволов увеличилось до пяти.

Ничего не понимая, делаю очередной шаг назад, совершенно позабыв про рваную рану. Нога подгибается и падаю, нелепо взмахнув руками. Вся концентрация слетает к чертям собачьим и та самая тварь, что резанула мне по ноге, буквально выдергивает себя из-под груды тел. Подросток, черт! Совсем небольшое тельце, правда, человеческого в нем нет. Кожа — матово-черное стекло. Культи рук — лезвие костей. Голова? Да нет её! Только горб от плечей и с десяток гнилистых глаз, горящих чернотой.