— Ты это, — посмотрел на меня, на удивление серьезным взглядом, Андрей, — осторожнее будь. Знаю я тамошних уродов. Те еще выродки, поверь.

— Нормально все будет, — набрал я полные легкие воздуха. — Судя по голосам, там убитые все в ноль.

— Бардачок открой, — кивнул парень мне в ноги.

Открыл я его сразу и сразу же выцепил для чего это было нужно. Черный металл затвора, квадратные очертания и понимание.

— Травмат? — спросил друга, беря в руку Glock-19. — Твою ж.

Когда магазин выпал в открытую ладонь, надобность в ответе отпала сама собой.

— Ты сдурел? — перевел я очумелый взгляд на Андрея.

— Считай, что сегодняшнее наше собрание задело тонкие струны моей ранимой души, — криво усмехнулся Андрей. — Давай только без нотаций. Лады?

— Гангстеры малолетние, — фыркнул с заднего сидения Миша. — Не заиграйтесь.

Посмотрев в зеркало заднего вида и встретив его серьезный взгляд, только кивнул. После, защелкнул на место обойму, оттянул затвор, загоняя патрон в патронник и убрал пистолет назад, в бардачок.

— Вам бы пострелять, — рассеянно произнес я, смотря на проносящиеся за окном деревья.

— На завтра в тир записался, — ответил Андрей. — Давно уже хотел.

— Не люблю я оружие, — потянулся Миша. — С армии еще не люблю

Миша у нас единственный, кто успел отслужить. Остальные то сразу на вышку полетели, а он маялся, маялся, да после ушел на службу. Год в образцово-показательной части, где даже присягу с автоматами принимали и какой-никакой, но опыт боевых действий. Точнее будет сказать наблюдение за таковым. Ибо отправляли их куда-то в Африку, в качестве ознакомительной поездки, как раз в то время, когда там работали наши миротворцы. И, понятное дело, что даже в качестве наблюдателей обычных зеленых юнцов в такие места не отправляют. Но Миха не особо любил распространяться об этом времени своей жизни, что подкидывает мне определенные мысли на его счет.

— На месте, — достаточно резко, что выдавало нервозность, тормознул Андрей. — Тох, там ребята не просто с золотой ложкой в жопе, как ты любишь говорить, но и с отсутствием мозга и чересчур развитой вседозволенностью. Тусил с ними одно время. Те еще выблядки.

— Прорвемся, — хрустнул я шеей. — Первый раз что ли?

Местный загородный дом стоял довольно обособлено от других, похожих. Три этажа, каменная облицовка, а-ля под натуральность, и приличных размеров стоянка вдоль улицы. Высокий забор, с метровым кирпичным основанием и двухметровыми прутьями выше. Ну и музыка, которая долбила столь громко, что слышно было даже здесь на дороге. Про обилие светомузыки, прожекторов и цветных фонарных столбов можно и вовсе умолчать.