— В смысле? — нахмурился Миша.

— Давай, Тох, тогда лучше с вас и начнем, — вздохнул Паша, пододвигая стул. — Хоть общее представление о пришельцах получим.

Мы с Сашкой переглянулись, и я начал рассказ.

— Я всё не так помню, — покачал головой Саня. — Никакого вертолета не было, он прыгает на тебя, ты его сбриваешь очередью. Всё. То есть, не понимаю. Зачем ему тебя защищать?

— Значит, воздействие на разум, — задумчиво пробормотал Кирилл.

— Пиздец, — более емко высказался Андрей. — Какой тогда вообще смысл с оружия? Если в него станковый пулемет попасть не мог!

— Меня больше волнует, — начал Миша, — почему они медлят⁉ Ведь, и судя по уровню развития их техники, да и персональной силе каждого из, пусть будут тараканы, они во многом нас превосходят. Чего опасаются? Подкрепления ждут? По видюхе там же был еще тот километровый корабль. Сильно сомневаюсь, что вооружения на нем нет.

— Меня больше другое беспокоит, — мотнул головой Кирилл. — Насекомые, Великая мать, тут параллель может быть проста — их матка. Может, ждут её пришествия? Ну, чтобы поглотить Землю.

На несколько секунд воцарилась тишина.

— Ты, это, — сглотнул Сашка. — Давай без таких предположений. И так не по себе, когда по твоему разуму, словно по открытой книге шарохаются. И эта дура где-то на фоне ощущается.

— Сань, тоже сон? — перевел я на него взгляд.

— Да, — поежился тот. — Но без картинок, только ощущения. Страшно было до усрачки, когда словно что-то прикоснулось к моему мозгу. А потом так, знаешь, заурчало, словно довольный, ну, не кот уже, а, сверчок, какой. И еще предвкушение чувствовал. Радость. И голод.

— После еще что-то было? — насторожился я. — Ну, совсем после. Когда уже в НИИшке лежал? Необъяснимое, непонятное. Не знаю.

— Поясни, — замер Саня, как, впрочем, притихли и остальные.

— Не знаю я, — сморщился в ответ. — Лежал в палате без сознания, были какие-то призрачные ощущения. Будто я понимал, что происходит рядом, но чувства были не мои. Отвращение, когда врачи меня трогали, переворачивали. Как иголка в задницу вошла, тоже ощущал, но не, блин, сложно объяснить. Ощущал не со стороны боли, а, как что-то чуждое, сначала пробивает плоть, а после наполняет тело мерзкой субстанцией.

— Я, — сглотнул друг. — Было что-то такое. Когда обед принесли. Проглотил ложку супа и чуть не проблевался. Тоже пронеслось в голове что-то похоже — омерзение, неприятие. Потом, правда, быстро отпустило. Подумал, просто последствия от лекарств, да и стресса в целом. Теперь вот нихрена так не считаю.

— Соприкосновение двух разумов без защиты, — хмыкнул Кирилл. — Может, заразились какой-нибудь ментальной дрянью? Эй! Не смотрите на меня так! Просто, как теория!