Чуть поодаль, на поляне, развлекались любители воздушных змеев. Правда, для того чтобы запускать змея, нужен хотя бы небольшой ветер. Если ветра не было, любители просто раскладывали и показывали всем желающим свои странные конструкции, начиная от самых простых воздушных змеев ромбической формы, заканчивая сложными этажерками из деревянных реек и папиросной бумаги.

Каждый такой поход батя фотографировал. Делали фотографии членов своей семьи в разных местах, в разных локациях. Так называемые «сюжетные снимки», на которых изображены посторонние люди, либо пейзажи, фотографировать не было принято, всё-таки в фотоплёнке ограниченное число кадров. Всякую ерунду просто так снимать не будешь…

Если Некрасовы в субботу засиживались дома, будучи заняты какой-нибудь работой, то приходили в парк во второй половине дня, и там уже играл аккордеон и начинались танцы. Танцы проходили на летней эстраде, стоявшей в глубине аллей. К этому времени сюда подходили нарядно одетые люди разного пола и возраста, и стояли в ожидании, когда начнётся всем известное действо. Гармонист всегда присутствовал не один, приходило несколько человек из разных ансамблей или даже талантливые самоучки, а иногда появлялся гитарист и скрипач. Играли самые разные мелодии: от вальса «Дунайские волны» до русских народных плясовых. Танцевали тоже самые разные люди, от подростков до глубоких стариков.

Когда начинали играть вальс, Григорий Тимофеевич подавал руку жене и звал её покружиться в стремительном танце. Женька смотрел на них двоих, таких молодых, таких нарядных, и думал, как же они выделяются на общем фоне. Мама в белом платье, босоножках на каблучке, в белой шляпке, из-под которой видно густые тёмные волосы, остриженные до плеч, папа с идеально прямой спиной, как профессиональный танцор, в белой рубахе и чёрных брюках, с причёской как у Высоцкого, смотрелись красиво, как какие-то знаменитые артисты. Отец вёл прекрасно, мама тоже танцевала умело и быстро: белая юбка поднималась красивым колоколом, позволяя видеть красивые икры и бёдра правильной формы.

Когда Женька смотрел на танцующих вальс людей, кружащихся под звук двух аккордеонов, ему казалось, что сейчас, именно в это время, окружающая его обстановка похожа на кадры из какого-то старого советского фильма, а он находится прямо в этом фильме, настолько пронзительное чувство театральности происходящего его охватывало… А может и правда, он сейчас в какой-то «Матрице»? Реальности, созданной искусственным интеллектом? Ответа на этот вопрос у него, естественно, не было…